Надеюсь, что пятьдесят пятый прорвался следом за нами — приборов наблюдения на ТАБ-77 не было — наверное, афганские варвары на металлолом сдали. Черт их разберет. А может румыны такой и отдали, с них станется.
Машину трясло и подбрасывало — торсионная подвеска была очень жесткой.
Раздался жесткий удар, треск. Хруст.
— Кажется, на что-то налетели! — громко пояснил Смирнов.
— В смысле?
— Ни хрена не вижу, все чертовым дымом занесло! Так что прошу меня сильно не ругать, водитель едет, как умеет!
Я усмехнулся — немного здорового юмора в такой напряженной обстановке точно не помешает.
И верно, дыма действительно было столько, что зря мы опасались, будто этой завесы не хватит. Южный ветер уверенно разносил плотный черный дым по всей долине и с каждой минутой облако росло. Не удивлюсь, что дым будет виден с самого Афганистана… Если там будут вертушки,
В салоне воняло жженой резиной, несмотря на предпринятые мной меры предосторожности. Как там Женька вообще видел, куда едет⁈
Я сидел на очень неудобном месте — кресла тут не было.
Пришлось упереться ногами во всем стороны и придерживаться руками, чтобы обо что-нибудь не удариться. Эдакий человек-паук.
— Держись! — вдруг заорал Женька.
Бронетранспортер проломил какую-то постройку из глины и досок, разнес ее в щепки и попер дальше. Скорость была под сорок, главное, чтобы сопровождавший нас китаец не потерялся и нигде не застрял. Ведь в такой ограниченной видимости мы об этом попросту не узнаем.
— А черт! Духи! — крикнул Кэп, глядя в боковой прибор наблюдения.
Снаружи послышалась стрельба. По броне застучали пули.
— Стреляйте, сколько хотите! — прорычал Урду, вжав голову в плечи. — У нас броня!
Женька с трудом выбирал оптимальный путь для нашей машины. Казалось бы, там всего-то семьсот метров — всего ничего. Но на деле выходило, будто впереди все семь километров. Время как-то замедлилось."
"— Что-то мы долго едем! — подумал я и почему-то вспомнил про теорию относительности. Стоит схватиться руками за раскаленную сковороду и секунда покажется вечностью, а если провести ночь со сногсшибательной красоткой, то может показаться, будто прошла пара минут.
Все относительно.
— Вижу дорогу! — вдруг радостно заорал водитель, резко сдавая вправо. По пути попалась то ли широкая канава, то ли яма. БТР ощутимо тряхнуло. Я невольно ударился головой обо что-то твердое, да так, что в глазах огоньки заплясали.
— Зараза!
Стало светлее, дым закончился. Я сорвал китель, натянул обратно, затем отогнул край сетки.
