Маловато, всех в один заход не увезут.
Парни принялись оперативно выгружать лежачих раненых.
На аэродроме ощутимо воняло перегретым машинным маслом, авиационным топливом, пылью. До боли знакомый запах, к которому я давно привык еще в прошлой жизни. Еще было очень жарко — из-за гор, ветра тут практически не было.
Слабость и головная боль не отпускала. Но я пока держался.
Невольно взглянул на часы — почти три часа дня. Время летит — жесть. Еще в шесть утра мы захватывали лагерь, а теперь, спустя несколько напряженных часов, находимся здесь.
Были в Пакистане, теперь в Афгане. А если бы наши пилоты решили бы лететь в сторону границы СССР, мы могли бы быть в Таджикистане.
Капитан Игнатьев руководил выгрузкой, сам помогал. А я, положив на бетонные плиты рюкзак с шифр дисками, молча наблюдал за происходящим. Без меня разберутся, я и сам вот-вот свалюсь.
Выгрузились мы очень быстро. Пока раненых грузили на машины скорой помощи, Кэп подошел ко мне.
— Ты как?
— Пойдет…
Обратили внимание на кабину Ми-24 — экипаж за толстыми бронированными стеклами отключал системы вертушки.
Техники с запозданием подкатывали небольшую лестницу к кабине. Не прошло и минуты, как один из них спустился вниз, а второй еще сидел внутри и отстегивал ремни.
Оба в шлемах, в летных комбинезонах песочного цвета. Знаков различий не было — нормальное явление ВВС СССР, да и в армии России тоже. Тот, что уже был внизу, снял с головы шлем. На глазах остались темные очки-авиаторы.
Он обратил на нас внимание, направился к нам.
Сразу определил, что ему лет под тридцать, может быть, чуть старше.
— Здравия желаю, мужики! Мы ваш сигнал перехватили. Торопились, как могли. Ну, вы как?
— Жить будем. Если бы вы не подоспели, от нас бы мокрого места не осталось. Спасибо парни, что вытащили нас оттуда. Думали, уже все — духи совсем озверели!
— Всегда, пожалуйста! — отозвался сверху второй пилот, что-то записывая в планшетке.
— Я командир группы, капитан Игнатьев! — Кэп протянул ладонь летчику, затем указал на меня.
— А это мой заместитель, сержант Громов. Собственно, это его идея была выйти на связь через морзянку.
— Майор Клюковкин! В кабине, капитан Петров. Рад знакомству! — отозвался он, пожимая нам руки. — Если бы со связью проблем не было, мы бы вас гораздо раньше нашли. А так, по аварийной частоте, да еще в таких горах… Радиопеленгатор словно взбесился. Никак не мог определиться, где источник сигнала. Район сложный. Приходилось визуально искать.
