Сталин и разведка

Этим можно объяснить тот факт, что в августе — начале сентября 1950 года ГРУ не получило (и, соответственно, не доложило Сталину) информации о подготовке американцами крупной десантной операции в тылу северокорейских войск, полностью изменившей ход войны. К тому же поступавшие из Вашингтона, Лондона, Парижа донесения в основном — видимо, в угоду Сталину —отражали противоречия (а не сотрудничество!) западных держав по корейской проблеме.

Тем не менее напомним еще раз, что в начале 1950 года Сталин в целом располагал обширной разведывательной информацией, позволившей ему сделать вывод: американцы не начнут большую войну против СССР в начале 1950-х годов — их ядерный арсенал слишком мал для этого.

Последние серьезные документы разведки на имя Сталина (в копиях Берии и Булганину) были направлены в январе—феврале 1953 года. В одном из них шла речь «о подготовке к созданию югославо-греко-турецкого агрессивного блока», во втором — «о намерениях США и Англии втянуть Пакистан в агрессивный военно-политический блок на Ближнем и Среднем Востоке».

И, наконец, самый последний документ, направленный в феврале 1953 года «товарищу Сталину И.В.», носил заголовок «Записка о разногласиях между участниками Североатлантического блока по вопросу о темпах создания вооруженных сил». Авторство документа принадлежало «КИ при МИД СССР», что и отразилось на его характере: он в основном был построен на материалах западной прессы. Кроме того, сам дух его, в отличие от объективных, я бы сказал, хладнокровных донесений разведки, был выдержан в эмоциональных и «успокаивающих» тонах.

Записка кончалась заверением, что «стремление США… встречает все большее сопротивление западноевропейских стран и ведет к дальнейшему росту антиамериканских настроений в этих странах».

Неизвестно, ознакомился ли Сталин с этим документом и разделял ли он радужные выводы его авторов.

Уходя из жизни в 1950-х годах, Сталин оставлял свою страну с теми же внешнеполитическими проблемами, с которыми принял ее в 1920-х: сжимающимся кольцом враждебного окружения, ненавистью «акул империализма», возрастающей угрозой новой, на этот раз, ядерной войны. К тому же война уже шла, хотя и «холодная».

Казалось, круг замыкался, и разомкнуть его ему уже было не суждено.

Глава 11.