Сталин: тайны власти

Сугубо «научная» дискуссия о мифической ветвистой пшенице, которую якобы получил в результате своих опытов Лысенко и которая сможет если не сегодня, то непременно завтра полностью обеспечить страну хлебом, накормить наконец весь народ, так и не ощутивший еще улучшения жизни после отмены карточной системы, оказалась роковой для тяжелобольного Жданова. Его досадная промашка — выдвижение сына, Ю.А. Жданова, на должность заведующего сектором науки Отдела пропаганды и агитации, который выступил с резкой, но вполне обоснованной критикой фантастических утверждений и воинствующего обскурантизма Лысенко, была использована для дискредитации А.

А. Жданова.

15 июля, всего через пять дней после отъезда А.А. Жданова на Валдай для лечения и за полтора месяца до его смерти, ПБ при нескрываемой поддержке Сталина приняло постановление, направленность которого не вызывала ни малейшего сомнения:

25 августа все газеты Советского Союза сообщили о «разгроме антинаучного течения» в биологии, 1 сентября — о смерти после тяжелой и продолжительной болезни А.

А. Жданова. Взаимосвязь этих двух событий преувеличивать не следует, но и игнорировать их просто невозможно.

В те летние месяцы 1948 г., столь насыщенные политическими событиями, успех сопутствовал не только Маленкову, но и Сталину. Он наконец получил весомое подтверждение правильности избранного жесткого варианта внешнеполитического курса, да притом по основному — германскому направлению.

Отрезанный от трех оккупационных зон, Западный Берлин снабжался с конца июня продовольствием и топливом по «воздушному мосту», оказавшемуся весьма эффектным, особенно для пропаганды, но слишком дорогостоящему и к тому же явно недостаточному для обеспечения помимо нужд населения еще и бесперебойного производства на предприятиях.

Крайне раздосадованные далеко не блестящими результатами США, Великобритания и Франция в очередной раз выступили солидарно против бывшего союзника и направили 6 июля тождественные по содержанию ноты протеста Советскому Союзу, в которых резко осудили блокаду как «нарушение действующих соглашений», но ссылались при этом почему-то на обмен посланиями 14 и 16 июня 1945 г. между Трумэном и Сталиным. В нотах категорически требовалось незамедлительно к прежнему нормальному положению, но вместе с тем не исключилось устранение разногласий «путем переговоров или любыми другими мирными методами».