- И после разразившейся катастрофы с масштабными потерями они захотели сделать вид, как будто вообще ничего не было. И мы всем просто кому-то приснились. В общем, для России мы вдруг стали лишними. Однако позже на нас вышли представители другой властной группировки с предложением, от которого невозможно было отказаться. Они обещали позаботиться о семьях павших и тех, кто ещё жив, а взамен мы должны удерживать постоянно действующий форпост и выполнять их редкие пожелания. Помогли нам оружием, патронами и много чем ещё.
Благодаря чему и появился 'Долг'. Когда началась 'золотая лихорадка' с артефактами, они стали требовать от нас именно их за продолжение прикрытия тылов и поставок необходимого. С той пору они хотели от нас всё больше артефактов и других даров Зоны, мало интересуясь нашими проблемами. Ведь, по их мнению - мы теперь их крепостные крестьяне. Лишь когда началось последнее обострение с полной изоляцией Зоны, они временно отстали от нас, благодаря чему мы смогли прилично укрепиться.
Теперь мне стала понятна и отмеченная тогда вполне искренняя радость многих командиров 'Долга', когда на группировку давили со всех сторон.
Просто из живого организма паразиты временно прекратили высасывать все соки.
- Так вот, теперь ситуация временно стабилизировалась и они хотят дальше выгребать из наших закромов всё, что только туда попадает, больше ничего не давая взамен, - голос генерала заметно спал. - А твоё выступление на том собрании создало для них угрозу потери контроля и перехвата его более сильной 'партией государственников'.
В грядущее общемировое пришествие Зоны там мало кто поверил. Чтобы избежать ещё большего усиления 'партии государственников', 'Долгом' решено пожертвовать. И чтобы у них это получилось - я и мои ближайшие заместители должны исчезнуть. С большой вероятностью меня вскоре выдернут приказом в Москву, откуда я вряд ли вернусь живым. Здесь же хватает тех, кто попытается устроить раскол. Ничего с ними я сейчас поделать не могу. Кое-что для них припасено, запас прочности тоже есть, однако без лидера, которому все верят, группировке будет очень плохо.
И рассказать об этом я могу только тебе и ещё трём доверенным людям. Я хочу, чтобы ты и твои люди подстраховали 'Долг', когда всё начнётся. Знай - к тебе у наших бойцов доверия больше, чем ко многим моим заместителям. Многие помнят, что ты для всех нас сделал. Именно ты должен занять моё место, - тяжко вздохнул генерал Воронин, взглянув на меня с мольбой в глазах.
