– Вы не возражаете, если я буду записывать наш разговор?
– Возражаю, – отрезала Наташа. – С диктофоном ничего не скажу.
Если уж рассказывать, то рассказывать все, в том числе и про наркоту. А зачем ей самой наговаривать против себя компромат?
– Ладно, – не стал спорить Цыбин, послушно убирая диктофон в сумку, – не надо так не надо. Постараюсь все запомнить.
То, что он спросил у нее разрешения на использование диктофона, ей понравилось.
Замышлял бы против нее гнусность – включил бы потихоньку кнопочку и записал разговор тайно. Она бы и не знала.
– Дайте сигарету, пожалуйста, – стеснительно попросила Наташа.
Володя дал ей сигарету, протянул зажигалку, закурил сам. Наташа несколько раз подряд сильно затянулась – и сразу в глазах все потемнело и завертелось радужными кругами. Ее сильно затошнило, и только боязнь показаться смешной удержала девушку от того, чтобы не броситься под дерево.
– Если вы решили все мне рассказать, – сказал Цыбин, – то начните с самого утра. Чтобы картина была наиболее полной, понимаете?
Наташа кивнула, преодолевая навалившуюся от курева дурноту.
– Сейчас, – слабо кивнула она, глядя, куда бы выбросить сигарету.
Цыбин все понял, аккуратно взял из пальцев окурок и ловко метнул его в урну. Наташа благодарно улыбнулась и приступила к рассказу.
Цыбин слушал ее чрезвычайно внимательно, иногда для уточнения переспрашивая, и делал на ее глазах короткие пометки в блокноте. Против пометок она не возражала. Главное, что они написаны не ее рукой, и в случае чего от них ничего не стоит отказаться.
В конце рассказа Цыбин казался не на шутку удивленным. По его словам, он и не предполагал, что нищие на городской свалке занимаются столь зловещим промыслом, как захоронение убитых.
– Завтра же туда наведаюсь, – сказал он. – Потрясу эту публику.
– Вы только осторожней, – сказала Наташа. – Там так страшно…
– Ну, за меня вы не волнуйтесь, – усмехнулся Володя. – К тому же я, да будет вам известно, вовсе не одинокий ковбой. У меня есть очень надежный союзник в лице заместителя начальника РОВД, и он всегда подстрахует меня в сложной ситуации.
