Стальные небеса

Постовой потребовал наши имена и, как полагается, доложил офицеру – и через несколько минут железная решетка ворот поползла вверх.

Командующий Майлз, уставший и сосредоточенный, тоже приехал в Первый форт, и после коротких приветствий мы прошли к широкой стене, утопающей во мраке.

– Специально к вашему приезду отключили прожекторы, которыми освещали заградительные полосы, – объяснил командующий, недоверчиво поглядывающий на меня. – Мы не увидим врага, если решит подойти, но и вас они не увидят. У них есть уже наше оружие, не стоит рисковать.

И, прошу, если ваши действия связаны с огнем, совершайте их здесь, за стенами. Снайперу достаточно трех всполохов света, чтобы несколько раз прострелить пространство вокруг.

За моими действиями у стены форта, в башнях которого уже горели временные очаги, наблюдало с пятьдесят человек – моя охрана, военные, – и мне не по себе было под их взглядами: а вдруг не получится, не сработает?

Но все получилось. Я привязала к старым каменным стенам двух огненных птиц и, не утруждая себя изысками фантазии, назвала их просто: Пламя и Огонь.

Если не умру от потери крови к Двадцатому форту, будет еще время поломать голову над именами, когда все доступные кончатся.

Когда я села в автомобиль, полковник Майлз, провожающий нашу обширную делегацию, склонился у окна, и я опустила стекло.

– Ваш муж тоже хватался за любую возможность, – сказал он, и я, не ожидавшая этого, растерянно улыбнулась. – Благодарю вас, моя госпожа. Эта помощь очень кстати.

Он взял мою руку и поцеловал – а затем вытянулся и отдал честь, и я, уже собиравшаяся рассыпаться в ответных любезностях, так и не нашлась, что сказать.

Этой ночью меня хватило на шесть фортов. К четырем часам утра, на пути к Седьмому, меня начало знобить – и не помогали ни действия Энтери, ни молоко, которое дракон взял на кухне и которого я выпила уже несколько литров. Мой брачный браслет предупреждающе холодел, и катились по телу исцеляющие волны, а веки смыкались.

Мы долго ехали к Вейну – охрана осторожничала, и я дремала, то и дело распахивая глаза и снова погружаясь в болезненные видения.

Мне снились зеленые жаркие луга у далеких Милокардер – те, куда выводила дверь из дома Люка, – мне снился Люк, обнимающий меня горячими руками и шипящий на ухо «злая девочка», мне снилось, как мои брачные браслеты обратились в змей и вцепились мне в ладони.

– Вот это да, – услышала я приглушенный голос Энтери.