Стальные небеса

– Показано все то, что делает вашу супругу счастливой, – сказал он весомо, откладывая сканер. – И супружеская жизнь тоже. Но, как вы понимаете, без фанатизма.

– Понятно. Без фанатизма, – подтвердил Люк с каменным лицом.

– Никакого фанатизма, – строго вторила я.

– Так как ее светлость беременна двойней, после шестого месяца желательно воздерживаться, чтобы не спровоцировать преждевременные роды, – продолжал доктор, не обращая внимания на наши реплики. – Но до тех пор, естественно, при условии постоянного наблюдения, никаких противопоказаний нет.

– Вот им мы сейчас и займемся, – проговорил Люк, взглянув на часы. – Благодарю, доктор. И за внимание к моей супруге, и за то, что вы взяли на себя лазарет. Это тяжело.

Доктор Кастер потер очки платком и снова надел на нос."

"– Тяжело. Но у меня никогда еще не было столь важной работы, ваша светлость. И прямо сейчас я тоже собираюсь заняться ею.

– Ну, тогда не будем вам мешать, – благодушно проговорил мой муж, поднимаясь и помогая мне встать.

– Вы и есть моя работа, – проворчал доктор Лео, покачав головой от нашей бестолковости. – Ложитесь, господин герцог, я обязан вас осмотреть вместе с виталистом. Сейчас сюда подойдет Энтери, а мы пока измерим температуру… и давление… и возьмем кровь на анализы. И ответите мне на пару… десятков вопросов о вашем самочувствии, раз мы имеем уникальный случай восстановления конечностей и кожных покровов.

Люк мученически взглянул на меня.

– Увы, но доктор тут главный, – сказала я с глубочайшим ироничным сочувствием и приглашающе махнула рукой, указывая на койку.

Он усмехнулся, обжег меня взглядом, словно напоминая, куда и с кем он лучше бы лег, и смиренно опустился на мое место, а я пристроилась на стуле в уголочке. Терпеливо перенес все манипуляции, с удовольствием пообщался с доктором:

– Нет, доктор, сейчас эта нога вообще не болит. Да и неплохо, если честно, что старую оторвало. Она была несчастливая – знали бы вы, сколько раз я ее ломал.

Пошутил и с Энтери – тот посмеивался, сканируя моего мужа, мы с доктором улыбались.

– Ты здоров, как и вчера. Что касается слабости, то я помню, как тело отказывалось меня слушаться после того, как я освободился из горы, – сказал Люку дракон после осмотра. – Я был в анабиозе и неподвижности, это разладило взаимодействие разума и тела. И у тебя было что-то подобное?

– И у меня, – подтвердил муж, поморщившись, словно от застарелой боли.