Стальные небеса

Принцесса, вздохнув и бросив хмурый взгляд на полосатого Вея (тот сидел, задрав голову и всей фигурой показывая безразличие), закрыла глаза.

– Хорошо, – вкрадчиво и тихо говорил тигр, – вдохни глубоко и выдохни. Пауза. Вдохни… и выдохни. Расслабься, отстранись от звуков боя. А теперь представь, что в центре лба у тебя против часовой стрелки крутится спираль. Последи за ней. Выход из транса очень прост, но чем глубже ты ушла, тем дольше надо подниматься по спирали. И наоборот, если хочешь погрузиться, надо спускаться по спирали… хотя этому я научу тебя потом.

Представила?

– Угу, – откликнулась Каролина, которой очень хотелось открыть глаза.

– А теперь ощути, что у тебя под правой рукой. Пошевели пальцами.

«Там же ничего нет» – хотела возмутиться младшая Рудлог, послушно перебирая пальцами, когда вдруг почувствовала под ними гладкое прохладное дерево и немного жесткой ткани… Пахло чем-то восхитительно-нежным… мозг вдруг перестроился, да так резко, что закружилась голова, и Каролина словно с высоты рухнула в плотное безмолвие, которое укрыло ее с головой, уводя в сон.

– …неужели нет никакой альтернативы? – услышала она сдержанный голос Ангелины. – Я не представляю, как смогу оставить ее здесь. Даже с отцом. Фактически это заключение на несколько лет.

– Не меньше шести, – мягко ответил ей кто-то мелодичным голосом. Говорили на рудложском. – Юная тамиянь сейчас на грани реального и нереального, сознание ее нестабильно и не умеет еще защищаться от ментальных всплесков.

Каждое новое погружение будет серьезнее и глубже предыдущего. И однажды ты просто не успеешь привезти твою сестру сюда. Она сгорит раньше.

Каролина, понимая, что говорят о ней, попыталась открыть глаза. Но веки были словно налиты свинцом, и губы не слушались. Попыталась дернуться, пошевелиться: тело закололо электричеством. Не больно, очень приятно – и тут принцесса вспомнила, как похоже покалывало кожу у ворот обители Триединого, как затем начало все расплываться в глазах, а руки – трястись так, что невозможно было удержать кисть.

Как она испугалась и пыталась позвать на помощь, но не смогла открыть рот… и последнее, что запомнилось, – ярко-синий мазок на наброске, идущий вниз.

– Я понимаю, – ровно проговорила сестра. – Пресветлый император, вы говорили, что можете сделать ментальную привязку. Разве она не поможет?

– Привязка делается на случай экстремальной ситуации, Владычица.