Стань моей (СИ)

Что у него совершенно не выходит.

Оксана Сергеевна в ответ на его слова щурится, складывает руки на груди, а после практически шипит на сына:

— С внучкой нашей знакомимся! Представляешь, Марина…

Я даже подумать не успеваю, чем для меня может кончится откровенность свекрови, как в ее перепалку с моим мужем, вступает свекр.

— Марина любезно нас пригласила в гости после того, как Ксюша встретила ее в парке. Ты представляешь, — отец Максима давит голосом, и даже несмотря на то, что мужчина все еще сидит на корточках у Леночки, к его словам прислушиваешься.

— Ксюша случайно встретила свою внучку. Случайно, гуляя в парке. Как по твоему Максим, это нормальное положение дел?

— Па…

— Я разве разрешал тебе перебивать? — Валерий смотрит на Макса так, что я невольно ежусь и даже немного радуюсь, что этот взгляд направлен не на меня, потому что я бы такой выдержать не смогла бы. Никогда.

Леночка, словно чувствуя настроение деда, которого все это время внимательно разглядывала, начинает, что-то возмущенно лепетать, Валерий, поворачивается к ней, подмигивает, и очень ласково говорит:

— Мне очень нравится твоя игрушка, милая, хочешь ко мне на ручки? — Леночка мгновенно замолкает, широко улыбается и тянет ладошки к деду, тогда мужчина все же поднимается с пола, уже вместе с моей дочерью.

— Так вот, — возвращаетсч он к разговору с сыном, теперь его интонации так же теплы, словно он все еще сюсюкается с Леночкой, но вот взгляд, обращенный к Максу, этот взгляд становится словно еще тяжелее, — Мне, кажется, ты уже не только достаточно наигрался в самостоятельность, сын, но и заигрался. Зря… зря Ксеня тебе так долго потакала.

— Оте..

— Я еще раз повторяю не перебивай меня, пока я не договорил. Очень тобой недоволен. Безумно просто.

— Пап, ты же …

Валерий прикрывает глаза. Всего на мгновение, но я успеваю заметить и понять, как мужчина устал. Безумно устал, и не только от происходящего, но и вообще от своего сына. А еще я понимаю, почему муж ушел из семьи, почему он пытается всего добиться сам.

Это совершенно не мудрено под таким-то напором и давлением. Мало какой человек смог бы выдержать такую тиранию.

— Давайте все же сядем и поужинаем, — я словно со стороны слышу собственный голос. потому что заговорила я, кажется. вперед того, как решила, что обстановку нужно даже не то, чтобы разрядить, нужно что-то кардинальное. — Леночка тоже еще не ужинала, и, думаю, она уже очень-очень хочет кушать, — улыбаюсь я изо всех сил.