Станешь моей

Там она и встретила мою «подругу», которая поведала ей ту же историю, что и Стёпе — я нашла богатенького парня и укатила с ним в закат.

Дарина, по словам мамы, как раз собирала свои вещи. Якобы, она тоже нашла нового парня, и он позвал её жить к себе. Мама была в шоке, что я уехала ничего не сказав, но Дарина её убедила в том, что я очень счастлива и скоро обязательно дам о себе знать.

— Вот же мразь — в который раз повторяет мама о Дарине.

После визита в мою квартиру мама вернулась в разрозненных чувствах домой, а на пороге её ждал Виктор, тот самый фанат ножиков.

Спустя восемь долгих лет он понял, что ни дня больше не хочет жить без моей мамы. Они проговорили всю ночь, а через неделю решили поехать отдыхать. То есть Виктор решил, а мама узнала об этом только в день отъезда, когда он заявился с чемоданом и сказал собирать вещи. По словам мамы, она была счастлива, как девчонка и, побросав вещи, улетела в Турцию, совсем забыв о телефоне.

— Что я за мать такая?! Улетела развлекаться, когда моя дочь не пойми где! Поверила в слова какой-то непонятной подружки!

— Мам, не нужно винить себя за счастье! Я рада за тебя! Тем более, Виктору я должна выразить благодарность за его странное увлечение! Если бы не этот ножик… не знаю, чем бы тогда всё закончилось….

— Да… он до сих пор собирает всю эту жуть, — с этими словами мама крепко обнимает меня, снова начиная плакать.

Ещё один факт — Кирилл полностью очаровал мою мать. Кто бы сомневался! Он это умеет… По приезду он ждал её у дома, вместе с неугомонной соседкой Валей, которая хотела первой рассказать последние новости.

Кирилл посвятил маму в ситуацию, предварительно предложив ей успокоительное. Дома, как мама говорит, была идеальная чистота. Видимо, Кирилл и тут постарался.

Мама хотела тут же бежать в больницу, но Кирилл остановил её, сказав, что ко мне пока не пускают. Наверное, он прав, что соврал ей. Вчера я выглядела намного хуже, чем сейчас, так что мамины нервы могли не выдержать.

Ещё она сообщает, что со мной завтра хочет поговорить следователь, так как дело нешуточное. В этот момент она снова пускается в слёзы, попутно благодаря всех богов за моего ангела-хранителя в лице Кирилла. Меня передёргивает. Я еле сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть.

— Знаешь, я задушу этого Макса, или как там его, собственными руками! Проклятый извращенец!

— Я пока не стала спрашивать жив ли он… — произношу тихо, сглотнув.

Не хочу знать правду.