Станешь моей сегодня!

- Ты ведь не торопишься никуда?

- Нет, - отвечаю."

"Машина останавливается. Марк отстёгивает ремень безопасности и начинает сосредоточенно собирать вещи – бумажник, портфель и папку с заднего сидения. Случайно касается моего плеча. И вся моя решимость бесследно исчезает.

Нужно, наверное, открыть дверь и выйти? Или дождаться команды? Я, оказывается, тоже пристёгнута.

Босс открывает дверь и выходит из машины. Холодный воздух врывается в салон и я начинаю трястись крупной дрожью – мокрая же вся.

Щелчок. Следом распахивается дверь с моей стороны.

- Прошу, Софья Павловна.

В его тоне проскальзывают ироничные нотки.

Я неловко, с третьей попытки отстёгиваю ремень, вкладываю свою ладонь в его и выбираюсь наружу.

Марк критическим взглядом окидывает меня с головы до ног, хмыкает и протягивает своё пальто.

- Вот, набрось.

Моя куртка остается у него в руках, мокрая и грязная. Стыдно-то как.

Мы, к сожалению, здесь не одни. Не смотря на поздний час, народу на минус первом этаже предостаточно – кто-то вернулся домой, кто-то, наоборот, уезжает.

- Не была здесь раньше? По работе? – вдруг спрашивает Марк.

Странный вопрос. Это же не офисное здание.

- Нет, впервые.

Мы подходим к лифтам, и Миллер достает из портмоне ключ-карту.

Мой папа – военный. И до того, как он вышел на пенсию и наша семья обосновалась в подмосковном Подольске, пожить я успела в разных условиях, сменила несколько городов.

Лифт светлый, просторный. Потолок и стены сплошь зеркальные. Но наедине с мужчиной мне вдруг становится тесно. Я отступаю на пару шагов и замираю, стараясь на него не смотреть. В этом месте, рядом с ним чувствую себя какой-то замарашкой.

- Не нужно меня бояться, – спокойным, ровным голосом произносит Марк.

А я и не боюсь. Я просто пока не понимаю, зачем я здесь. И нутром чую – происходит что-то странное. С радостью удрала бы еще на парковке.

Отважно поднимаю голову и натыкаюсь на пристальный, сканирующий взгляд. Цепкий, пробирающий до мурашек. В глубине красивых, карих глаз мне чудится что-то пугающее, тёмное, порочное...

От собственных мыслей становится смешно. Чего б я еще понимала в мужских взглядах! Соня-тихоня, как за глаза называют меня коллеги. Незаметная, исполнительная, неконфликтная.

И такое выкинуть.