Станция Солнечная долина

Учитывая влиятельность всех членов клуба, хоть посулами, хоть угрозами у них были все шансы собрать нужное количество голосов.

Мефру Хоффель ссылки избежала. И потому что все-таки женщина, пусть и стерва, и потому что особо ничего напакостить не успела. Вынюхивала, сливала информацию, а в долгосрочной перспективе собиралась заявиться в Унтервальд вслед за Вихартом. Эдакая «жена декабриста», пожертвовавшая своим будущим, лишь бы быть с любимым. По ее мнению, Юджин должен был проникнуться ее мужеством и немедленно жениться.

Не оставлять же мефру одну в чужой стране!

Адвокаты все быстро списали на безумную влюблённость, заставившую несчастную девушку совершать неадекватные поступки. В сумасшедший дом ее, впрочем, тоже не упекли. Семья Хоффель дружно отправилась в самую дальнюю долину, поправлять пошатнувшееся здоровье на озерах.

Меня почти не допрашивали. Выслушав раз мою историю с переодеванием, Дельхарт похмыкал, с трудом сдерживая хохот, а после забросал Юджина вопросами, когда же поступит в массовое производство чудо-диктофон.

К счастью, завербовать меня в разведку никто не пытался. Скажу честно, одного раза мне хватило, чтобы выработать адреналина на годы вперёд и понять, что подобные приключения - совершенно не мое. Мне бы в мастерскую, на склоны, ну или в землянку на худой конец, к шкурам и камину…

В городе нам пришлось задержаться. Пока шёл процесс над заговорщиками, нам, как главным свидетелям и пострадавшим по совместительству, необходимо было присутствовать. Слава о Вихарте все же пошла, но не такая, которой я опасалась.

Он стал локальным героем, практически единолично отбившим долину у Унтервальда. Что бы там себе ни думали богатые детки, простой люд присоединяться к крупному государству не желал. Это частным предпринимателям и владельцам состояния там хорошо, а обывателю приходится пахать раза в два больше, чем в долинах, зарплаты же хватает лишь на еду. На одежду уже копить приходится или работать на износ. Не все так радужно в том Унтервальде, как хотелось показать мэру и его отпрыску.

Мэра, разумеется, сняли с должности, хотя он всячески открещивался от деятельности клуба и утверждал, что был ни сном ни духом о затее сына. Никто ему, конечно же, не поверил, так что пришлось деиру Френалю продавать всю свою недвижимость, собираться и переезжать подальше от Брюга. Путь в политику ему был закрыт. Он, конечно, успел насобирать достаточно средств, чтобы ни в чем не нуждаться до конца жизни, но выше ему точно уже не подняться.