Станция Солнечная долина

Хорошо, что газеты лежали на полу, в корзине, почти такой же, как у меня в мезонине. Зря я извела ценную макулатуру на спасение обуви. Лучше бы почитала, честное слово. Все равно от лодочек в снегу никакой пользы.

Но самое главное, я убедилась, что читать на местном наречии умею. Для меня оно и звучало, и выглядело как привычный русский. Хоть за это можно не-деду-недоучке сказать спасибо.

Читать я устроилась здесь же. Бальдер потоптался немного у дверей, понял, что никуда я больше не собираюсь, на всякий случай напомнил о запретных зонах и ушел по своим делам.

Сомнительные секреты местной техники меня интересовали мало. Я с головой ушла в огромную иллюстрированную энциклопедию наподобие Большой Советской или Британской. За неимением вики - самое оно. Рядом с креслом, в котором я устроилась с ногами, лежали стопкой еще семь томов и ожидали своей очереди.

За окном стремительно темнело. Зашёл Бальдер, по-отечески покачал головой, глядя на мою скрюченную фигуру, щелкнул выключателем лампы и посоветовал не забывать про ужин. Я отстраненно кивнула и тут же выпала из реальности снова.

История этого мира от нашего отличалась не слишком сильно. Названия были другими, а суть - той же. Сравнительно новые континенты, открытые триста лет назад, недавно отвоевали себе независимость, один чуть раньше, чем другой. Самая большая по площади страна все еще находилась на севере, и желающих ее завоевать не было.

То ли дело Союз Долин, в котором я сейчас и обреталась.

Горный хребет, причудливо изогнувшийся и образовавший чуть больше десятка разноразмерных впадин, пригодных для поселения, пролегал между тремя крупными государствами. Уже упомянутый Унтервальд с северо-востока, Гельветия с запада и Видонис с юга.

В обход гряды путешествовать было долго и опасно, потому что остальные государства не дремали и норовили взять со странствующих купцов мзду, а то и лишить последнего, потому чаще всего маршрут прокладывали насквозь, через скалы. Постепенно временные лагеря, разбитые для передышки, переродились в поселения, а позже - и целые городки. Тогда-то соседи и встрепенулись, решив поделить неожиданно образовавшуюся территорию.