— Я встречаюсь с ним один на один. Когда буду готов, позвоню, вы нас заберете, — парни не спорили, уже знали, что слов он на ветер не бросает. — Приготовьте надежное место для допроса.
Он торопился уйти: в спокойной обстановке войти в роль, связаться с Исаевым, с глазу на глаз предложить встречу. Втихую, как полагается предателю и крысе.
Особо даже играть не надо.
Если Исаев хорошо потрудился, собирая о нем инфу, и так знает, что Ремисов — предатель и крыса.
— Под ногами не путайтесь, — на прощание сказал он.
— Я все сделаю сам.
Он обошел стол, намереваясь уйти, но Руслан загородил дорогу.
Стоял вплотную.
— В чем дело?
Неэмоциональное лицо казалось неживым. Выражение так и кричало: осторожней! Но Глодов дал добро: разрешил ему работать так, как он считает нужным. Именно это Руслана и бесило.
— Надень микрофон и передатчик.
Ого. Да старый пес ему не верит.
Боится, что реально сговорятся и продаст Андрей клиента ни за грош.
— Не доверяешь? — Андрей добродушно усмехнулся. — Нет проблем.
Давай.
Улыбаясь, он развел руки, демонстрируя готовность сотрудничать, пока ему прикрепляли микрофон в районе правой грудной мышцы. Еще устроит слежку вопреки приказу. Спугнет стрелка."
"Чтобы настроить микрофон, понадобилось время. Он по опыту знал, как трудно его отрегулировать. Сделаешь слишком чувствительным — все забьют звуки собственного тела: шум крови в венах, стук сердца. А приглушишь — ни хрена не услышишь, что говорят.
«Как твоя жена себя чувствует?»
Стоило вспомнить, как он обеспокоился.
Лена у них, и дочка тоже под неусыпным присмотром, куда он теперь денется…
— Готово.
Андрей опустил руки.
— Бывай, — нейтрально сказал он, и вышел на парковку.
Тачку тоже глодовскую взял — потрепанный темно-синий БМВ. Новый телефон на имя Андрея Гранина лежал в кармане. Отъехав на несколько кварталов, он покрутился на развязке, и припарковался на парковке гипермаркета, наверное, на тысячу машино-мест.
Неторопливо закурил, рассматривая оранжевые сигнальные огни.
Глубоко вдохнул вкусный горький дым, успокаиваясь, и выдохнул. В машине пахло цитрусовым химическим ароматизатором, смешавшись с дымом, он гадко забивал ноздри.
Неторопливо набрал номер, и ждал ответа. Не нервничал, не злился — вообще ничего не испытывал, кроме исчерпывающей пустоты.
— Да.
У Исаева оказался красивый, бархатистый голос.
— Это Ремисов.
— Привет, — он усмехнулся. — Я о тебе наслышан. Ты вроде легенды, да?
Андрей молча затянулся.
