— Да! — кажется, вместе со временем он тянул и нервы клиента. — Что он тебе сказал?
— Руслан его допрашивает.
— Я знаю. Спрашиваю, что он сказал тебе при встрече, Андрей?
Он затянулся — неглубоко, чтобы не заболело в груди, но долго.
Руслан спалил, что говорил Исаев. Начало записи клиент уже мог послушать. Но не целиком — иначе не спрашивал бы, а знал. Значит, из-за драки все-таки сбило микрофон, и он записал только удары сердца и прочий шум. Чтобы восстановить голос — если это вообще возможно, нужно время.
Андрей снова затянулся, решая, что говорить.
Если бы это не имело значения, Глодов бы не перезвонил. Тем более, не так быстро.
— Да ничего. Пытался купить меня, как и думал. Говорил, ты меня используешь, предлагал, чтобы я на тебя не работал. Бред, короче. Сейчас с ним Руслан. Хочешь, я его разговорю?
— Пусть Руслан пробует, — после паузы решил Глодов, и отключился.
Андрей сунул трубку в карман.
Удачно сменил тему."
"Из подвала донесся первый крик. Андрей удобнее оперся на подоконник, ссутулился, зажав сигарету в пальцах.
Ароматный дым успокаивал. Они ему не верят — поэтому Руслан пошел первым. Он пойдет, если у Руслана ничего не выйдет.
На что способен охранник Глодова, Андрей не знал. Исаев похож на парня, который может потерпеть, поэтому нужно просто дождаться, пока Руслан утомится, и поговорить со стрелком.
Ждать долго.
Он докурил, посмотрел на часы — не слишком ли поздно, и позвонил Лене. По дыханию точно поймет, что с ним что-то случилось, слишком оно тяжелое и болезненное.
Лена его чувствует. Знает как облупленного.
Эта девчонка вползла под кожу и изучила характер, как никто до этого. Разве что Дина… но она: прекрасная, светлая, неземная девушка, всегда верила в альтернативную версию него, которой даже в реальности не существовало.
— Ответь, ты же не спишь, — пробормотал он.
Лена не отвечала. Сжав губы, он сбросил звонок. Что, обиделась? Из-за того, что резко с ней поговорил, когда очнулась после операции? Лена-Лена…
Она другая.
Совсем другая — не такая, как Дина или девчонки, что он заводил порадовать себя коротким романом.
Обычная теплая девушка с ласковыми руками, и домом, где его ждет. Терпит, если надо — даже боль, верит в него. Сильнее всего привязываются такие домашние девочки. Они умеют любить тихой, земной — почти вечной любовью. Как так вышло, что без любви, почти без чувств он начал беспокоиться о ней, думать, переживать. Как она стала частью его жизни против его воли?
Дверь скрипнула, и он поднял голову.
