У меня кроме него никого не осталось! Уволился, приехал сюда, начал искать… На меня вышли почти сразу. Сначала человек Богданова. Затем Артему дали позвонить. Мы встретились. Короче на меня надавили, что если хочу увидеть брата живым, должен делать то, что они говорят…
Андрей уже знал, куда Исаев свернет дальше: за брата заставили работать на них. Затем пошли заказы.
— А почему ты к ментам не пошел?
Исаев сжал губы.
Хороший вопрос. Хорошим парням вроде него — это первый вариант для решения проблем. А он за СВД схватился.
— Брат нечист на руку?
— Да, — нехотя признал он. — Он уже попадался, по глупости. Все замяли, Богданов помог тогда выпутаться и взял Артема на работу. Или ты думал, он легально отпечатки меняет? Нам тоже обещали свободу и деньги, когда все закончится. Только я понял, что нас убьют как свидетелей.
— Ты говорил, знаешь, где он?
— Ну, не совсем. Когда Богданов меня шантажировал, я сильно не наглел, они угрожали покалечить брата. Но после встречи выследил, куда его увезли. Я дам адрес.
— Давно это было?
— Два месяца назад.
Андрей рассмеялся:
— За это время его давно перевезли.
— Я много знаю! Я расскажу, как мы связывались, где лежат телефон и мои вещи. Помогу тебе. Все что нужно, дождаться, пока Богданов или кто-то из его людей свяжется со мной, и выманить. Застрели Глодова, Богданов решит, что это сделал я, и захочет связаться, — неожиданно закончил он.
— Зачем, если Глодов будет убит?
— Он не последняя цель. Его телохранитель еще… И ты."
"— А ты шустрый, — отстраненно заметил Андрей и поднялся.
Схема оказалась сложнее, чем он думал. — Ты мне сейчас назовешь способы связи. Сдашь свои контакты, жилье, все. Я проверю твои слова. Если совпадет, посмотрим, как быть дальше. Пока обживайся. Ты здесь надолго.
Через перемычку наручников он пропустил собачью цепь, найденную в сарае, и замком приковал Исаева к опоре-балке, которая поддерживала веранду над погребом.
Прежде чем подняться, Андрей предупредил:
— Не ори громко. Здесь моя дочь живет. Не пугай ее, она маленькая.
Снаружи уже стемнело. Андрей захлопнул крышку погреба, безжалостно лишив Исаева доступа свежего воздуха, и вошел в дом. Как чужой остановился на пороге.
Лена безропотно ждала на кухне, пила чай за столом. Он с запозданием понял, почему так тихо — Аня уже спит.
— Ты как? — тихо спросил он. Лена держала ладонями чашку, как ребенок. Бледненькая, но нормально держится. — Я про перевязку забыл… Давай обработаю тебе швы.
— Я сама все сделала.
