— Маячок пеленговался рядом с этим банком.
— Который Макс передал? Мне его при себе нельзя было держать. Комнату обыскивали раз в сутки. Мне сказали документы для банка подготовить, я его в портфель под подкладку исхитрился затолкать. Хорошо, не нашли. Вот датчик твой в банк и скатался…
Андрей взглянул в глаза парня, полные надежды и мстительного желания раздавить чудовище, сожравшее брата, и почти — его самого.
— Жди меня за городом.
Неизбежное решение.
Логичное. Как легко этот парнишка уговорил его… Зная, что на самом деле нужно предлагать — не деньги, а забвение.
Андрей двигался к банку. Поднял воротник пальто и держал в горсти, чтобы не было зябко. Несмотря на ранний час на стоянке стояли авто. Он прошел мимо, по тротуару, к узкому переулку и там привалился плечом к холодной кирпичной стене.
Закурил, чтобы согреться.
Взгляд хищника — выжидающий и неотрывный — остановился на крыльце банка.
Он умел ждать.
Мог часами оставаться неподвижным и ждать, когда противник оступится и покажет себя.
Это не раз выручало в жизни. И буквально, когда врага нужно было снять, и в масштабе, когда приходилось выжидать годами, дожидаясь, чтобы неприятель споткнулся. Когда плел интриги и планы с множеством переменных.
Он дождется Богданова.
Не пропустит.
Последнее, самое важное дело. Андрей иначе себе это представлял. Как-то так, как было до ареста: можно было заниматься темными вещами, когда еще не знали, кто он и как выглядит, пока не задержали на мосту…
Он думал, будет так же.
И Лене он предложит то, что когда-то предлагал Дине.
Съемное логово, где бы он навещал свою семью.
Не срослось.
Он понятия не имел, что будет с ним дальше и плевать. Неизвестность пьянила, была желанной, она сулила главное — шансы.
Когда Богданов появился, Андрей вышел из переулка. Шел по направлению к черной машине, вытащив пистолет и спрятав у бедра. Шаги по асфальту звучали тихо. Завалить бы его прямо здесь, да нельзя…
Богданов сел в машину и Андрей, поравнявшись с ним, распахнул дверь и скользнул на пассажирское сиденье.
— Привет, — сказал он, с силой вдавив дуло в щеку Богданова. — Поехали, чего расселся.
Глядя на него с близи, на солнечном свету, а не в подвале, Андрей отметил, что Богданов постарше, чем казался. Темные глаза расширились, он открыл рот, обнажив верхние зубы.
— Вперед, — повторил Андрей. — Жми на газ, руль крути влево и отъезжай, не привлекая внимания.
Сообразив, что иначе его завалят прямо здесь, Богданов подчинился.
