Глаза арт-директора расширились от возмущения. Хотя бы не врет про аварию. Вид искренний. Кажется, раньше он даже не думал, что тут возможна связь.
— Я скрываюсь от кредиторов, понятно! Мне обещали помочь с этим и попросили тебя к нам устроить! Он прислал твое резюме, сказал, ты его девушка!
— Что? — переспросила я, наклоняясь к монитору. Лицо исказилось и глаза стали огромными. — Чья девушка?
В глазах Михаила появилась неподдельная паника.
— У тебя ведь есть парень, да? — испуганно спросил он.
— Когда это было?
— В прошлом месяце… Я играю иногда, а в тот день меня крупье подставил!.
.
Иногда — он приуменьшил. Михаил путано объяснил, что пристрастился к азартным играм через интернет-казино еще в студенчестве, затем пошел дальше. Долги росли, но власть игры была сильнее воли и здравого рассудка."
"Во время очередного проигрыша его отвели на задний двор вышибалы подпольного казино и, по приказу хозяина, крепко поговорили о том, что долги пора возвращать. В расправу вмешался один из посетителей: шуганул вышибал, отвел в бар, угостил выпивкой… Разговорились.
Михаил всем поделился: где работает, сколько должен, что игра не прет.
— Ну, он как узнал, где работаю, говорит, я все проблемы решу, — Михаил пожал плечами, словно извиняясь за свою недалекую корысть. — Сумма большая. Он попросил устроить тебя к нам. Говорит, у меня девушка художница, хочу ей сюрприз сделать.
— И тебя это не насторожило? — нахмурилась я.
Скорее всего, он этим вышибалам и заплатил, чтобы все подстроить!
— А что такого? К нам многие хотят попасть, ты видела конкурс? Никакого же криминала… Он мне помог, я — ему.
Впечатлить, может, хотел тебя…
— Почему ты прятался? Он не отдал деньги?
Исчезновение на следующее утро после успешного собеседования меня настораживало.
— Отдал, — Михаил уставился в пустоту. — Я тем же вечером пошел в казино возвращать долг. Ну, зашел в зал подождать хозяина… Деньжищ куча… Думаю, сейчас поставлю на рулетку, куш сорву и долг верну, и еще останется.
Ну и…
— Все проиграл, — заключила я, потеряв интерес. — Как он выглядел?
В груди неприятно заныло — тихонько, и неизбежно. Почти незаметным фоном, так наверное, ноет у бесплодных, когда те видят счастливых малышей, у брошенных у алтаря, у преданных… Тоска по несбыточному.
Это не он…
Андрей не стал бы втягивать нас в игру. Он стремился спасти нас, спрятать — любой ценой.
— Выше меня, спортивный… — начал перечислять Михаил. — Лет тридцать.
