— Интересно, — произносит отец Марата, сдерживая усмешку.
Ольга Сергеевна мягко прерывает его вопросы, добавляя дружелюбный комментарий о погоде и предстоящих праздниках.
— В нашем зимнем саду в этом году удивительно рано зацвели розы, — говорит она с улыбкой. — Возможно, ты захочешь посмотреть сад утром, Дарья?
— Я бы с удовольствием, — отвечаю, стараясь казаться доброжелательной.
Ее поддержка помогает, но атмосфера остается напряженной. Отец Марата продолжает задавать вопросы, каждый из которых звучит как проверка.
Я отвечаю осторожно, следя за каждым словом. Марат пару раз вклинивается и отвечает сам. Но допрос от этого не прекращается.
После ужина отец вызывает Марата для приватного разговора в кабинет. Их взгляды пересекаются, и Марат кивает, как будто понимает, что спорить бесполезно.
— Я скоро вернусь, — тихо говорит он мне и поднимается.
Когда они уходят, я остаюсь в комнате с Ольгой Сергеевной. Она внимательно смотрит на меня, ее глаза полны сочувствия.
— Тебе не нужно бояться моего мужа, — произносит она, наливая нам чай. — Он просто слишком привык все контролировать.
Я усмехаюсь и слегка пожимаю плечами.
— Я понимаю. Но все это.... — я жестом обвожу комнату, — немного... пугает.
Её улыбка становится мягче. Она садится рядом со мной и протягивает чашку чая.
— Привыкаешь со временем. Но Марат... он не такой, как его отец. Не дай ему отгородиться от тебя.
Ее слова застревают у меня в голове. Я стараюсь переварить их, но беспокойство о том, что происходит в соседней комнате, не дает мне покоя.
Какие тайны скрывает эта семья и какое место в них занимает Марат?
Из глубины дома доносится грубых крик Марата:
— Я не собираюсь в этом участвовать!
Звук эхом разносится по коридорам. Я вскакиваю, едва не проливая чай.
Через минуту Марат возвращается в гостиную. Его лицо напряжено, челюсти сжаты. Он подходит ко мне и говорит коротко, но твердо:
— Мы уезжаем. Немедленно.
Я молча киваю, ощущая нарастающую тревогу.
Мы проходим мимо Ольги Сергеевны, которая пытается поймать взгляд сына, но он не останавливается. Кажется, что стены этого дома сдавливают нас своим холодом и безмолвием, словно не хотят отпускать.
Глава 27 Марат"
"Кабинет отца всегда выглядел как зал суда. Массивный стол из темного дерева, полки с книгами, которые, кажется, никто никогда не открывал. Свет приглушенный, но достаточно яркий, чтобы ощущать себя под прожектором.
