Старая добрая война

— Как-нибудь обойдусь. У нас же перемирие?! — На слове «перемирие» офицер СБУ усмехнулся.

— Тарас Матвеевич?! Вы бы не сообщали наверх о данном случае, — попросил комбриг. — Знаете ли, не хочется лишних неприятностей.

— Понимаю, не беспокойтесь, никому ничего я сообщать не буду.

— Благодарю, я у вас в долгу.

— Заметьте, это сказали вы, пан полковник.

— Что сказано, то сказано. Я за свои слова отвечаю.

— А как же насчет «котла»?

Полгода назад бригада Ляха попала в окружение. Полковник в то время находился в Киеве.

И там обещал лично президенту, что выведет соединение из «котла», более того, проведя перегруппировку, нанесет сепаратистам сокрушительное поражение. В итоге бригада была полностью разгромлена. Большая часть техники и сотни пленных оказались в руках ополченцев. Но президент запомнил Ляха, пожурил его и назначил командовать другим соединением.

— Как говорится, Тарас Матвеевич, кто старое помянет… Тогда я просто не успел прибыть в штаб…

— Благодарите Бога, что не успели, — перебил полковника Кучеренко, — а то вместе со штабом оказались бы в плену у сепаратистов.

Ладно, закроем эту тему. До связи, Степан Евдокимович.

Офицеры приближались к центру дороги, где через все полотно была проведена жирная белая полоса.

Первым дошел Середин, встал, широко расставив ноги. Когда подошел Шрамко, Роман спросил:

Дмитрий протянул руку.

Середин пожал ее и, усмехнувшись, заметил:

— Значит, Шрам, нашел себе спокойную должность в военкомате? А сюда в командировку послали?

— Я, Рома, у себя на родине, а вот тебя каким ветром сюда занесло?

— Ты и я на родине.

Вот только, оказывается, родина у нас как бы одна, а страны разные.

— Нет больше деда, Дима. Ваша гребаная артиллерия ночью ударила по Сертаку, один снаряд попал прямо в комнату, где находился дед. Я его потом по кускам собирал и куски клал в гроб, чтобы похоронить по-человечески.

— Согласен. Если бы обстреливали наши позиции, а снаряд САУ случайно попал бы в дом, это еще понятно, но ведь позиций ополчения в том районе никогда не было, ваша артиллерия вела огонь по сугубо мирным целям, и корректировщик огня, да и командир огневого взвода или батареи не знать об этом не могли.

А вообще, скажу тебе, Дима, суки вы!

— Я не стреляю по мирным объектам.

— Но ты служишь тем, кто отдает приказы убивать женщин, стариков и детей!

— Ну, вы тоже не ангелы.