Старая переправа. Переход.

Нет они буквально в десяти метрах, а его товарищи стреляют в ближних, тех кого он и так держит, от каждого обрыва связи Данил ощущал физическую боль, от чего терял концентрацию, и оборотни двигались ещё ближе. Некоторые допрыгивали до броневика, правда их успевали расстрелять.

Как объяснить короткими словами, что бы стреляли дальних.

Всё таки успел он крикнуть, всё равно концентрация пропала. услышали его или нет, неизвестно, но проснулась злость, именно на своих балбесов, а не на нежить. Злость привычно придала сил, мощная волна поднялась по телу.

Что? Какие то букашки пытаются до него добраться? А если Так?

Оборотням он отдал приказ не просто остановиться, а атаковать своих. Ситуация сразу изменилась. Оборотни разбивали своим собратьям головы, а обычные сухари кидались на собратьев валя их на пол, ведь нападавшие на захваченных Данилой не отвечали своим. Опять обрывы сознания, его балбесы так и не поняли в кого стрелять. Но круг начал отодвигаться, вот уже опять рубеж пятнадцати метров.

Дальше уже отодвинуть не получалось, как бы Данил не злился, и не думал, что в одиночку перевернёт землю. Силы были слишком неравные, через оцепление оборотней прорывались их собратья. Кажется его команда наконец то поняла в кого стрелять, только поздно.

Что то надвигалось, опасность просто вопила. Данил обречённо выпал из транса, оставив бьющихся за него оборотней без присмотра, секунд тридцать они дадут, дальше их завалят. Теперь что тут внутри кабины.

Первым делом Иришка, она вместо того, что бы ехать упоённо стреляла сквозь жалюзи.

– Ты почему не едешь?

Иришка сразу обернулась, хоть Данил говорил и не громко.

Понятно, привыкла уже, что Данил командует, и без его слова уже пальцем боится пошевелить.

Так же спокойно ответил Данил.

Теперь Лизавета. Лишь только Данил на неё посмотрел, как она покачала головой, и ответила на незаданный вопрос.

– Не знаю, что то глобальное, не нежить.

Что называется успокоила.

В этот момент Иришка с места нажала газ так, что Данила вжало в сиденье.

По броне, забарабанило множество лап, голов, сбиваемых тел. Одновременно потемнело, все смотровые щели, окна разом закрыли тела и пасти, броневик накрыла с головой волна нежити. И сзади заслон ставленый Данилой потерял его контроль, и броневик воткнулся в ряды сухарей спереди. Что было в салоне Данил не видел, надеялся, что бойницы закрыли, а Бланш присела, чтоб через амбразуру в башне, нежить до неё не дотянулась.