Старая переправа. Переход.

Местные пришли в движение, дружина со щитами встало на одно колено, легковооруженный сброд почти весь упал на оба колена, но были и те кто остался стоять. Всадники спешились, часть так же встав на одно колено, а те что с перьями по одному начали подходить к Рыжей вставать на колено, и давать клятву верности.

Данил до последнего думал, что кто нибудь покорно подойдёт а потом выхватит меч и проткнёт Рыжую. Поэтому, он из рук не выпускал автомат, готовый в упор расстрелять любого, кто сделает лишнее движение.

Но никто , так и не бросился.

Клятва как и вся битва прошла довольно бескровно. Это не сказать что бы огорчило Данила, он и так хотел собрать уцелевших, и сними идти захватывать ближайший город, а следом столицу.

Правда это были планы Данила, но ни как не церковников. Его как так технично отодвинули от Рыжей, так что он и сам не понял как он оказался в стороне. Лахтик и Рыжая что то обсуждали с главным церковником, на неизвестном языке, причём Лахтик говорил бегло. Потихоньку Рыжую окружали кольцо из рыцарей.

Как то Даниле это всё не нравилось, даже банальная безопасность, ну что она сделает, если они сейчас нападут. Не порядок, нужно организовать хотя бы охрану. В идеале Карину нужно к Рыжей приставить. Правда у Карины если присмотреться уже округляется живот, так что телохранителя из неё сейчас делать не правильно.

Данил сам двинулся в сторону Рыжей, но не тут то было, ему как бы случайно спиной преградили путь. Наверное это и был план церковников, дать присягу Рыжей и окружить её плотной опекой, вкладывая ей свои мысли.

И ведь как удачно всё сделали, на союзников теперь не нападёшь. Наверное если толкнуть того, кто перекрыл ему дорогу, его вызовут на дуэль, а если ударить, так вообще междоусобица начнётся. При осознание этого злость взлетела до максимальных показателей, какая нафиг политика и дуэли, да он всех сейчас разнесёт.

Впереди стоящего, он просто взял за шиворот и откинул в сторону. При этом сбив ещё двоих, толпа как то сразу поредела. И Данил спокойно прошёл до Рыжей.

Поговорить с церковником не получалось, если Рыжая с Лахтиком изъяснялись с ними на неизвестном языке, Данил языка не знал, ни местного не неизвестного. Осталось только обменяться взглядами, он посмотрел прямо, долго, уничтожающе, а церковник ответил ему лишь секундным снисходительным взглядом, и Данил понял что его считают за щенка, а себя матёрым волком. Это конечно так и есть, церковник силён даже не в интригах, он просто людьми манипулирует.