Старая переправа. Переход.

Данил вновь погрузился, в хитрую борьбу с личем. Нет его не напрягали попытки лича перехватить власть над сухарями, ему было интересно, немного подурить лича.

А вот девушка стояла в ступоре. Но это Данил увидел только через глаза стоявшего манекеном сухаря.

Пришлось немного повысить голос. Но видимо чуть перестарался, Нора буквально сорвалась с места.

– И рваньё с него с ними предварительно. Нам нужно, что бы их приняли за нас.

Девушка вновь остановилась, и в нерешительности посмотрела на Данила. Конечно сухарь стоял раздвинув руки, но вот так подходить к нежити, это нужно быть самоубийцей.

– Бегом! Иначе сейчас тебя тут оставлю.

Окрик сзади подстегнул. Девушка подлетела, скидывая обрывки халата, приговаривая

– Да не получится их за нас выдать. Кто на голое тело носил халат? А если оставить лохмотья, как под целом халатом лохмотья образовались?

Так то она была права, но есть шанс что разбираться не будут. Поэтому Данил всё таки потратил немного времени, и сил что бы приодеть и второго сухаря. Пришлось расстаться со своей РПС и почти всеми подсумками, что служили ему верой и правдой.

Почему почти? Так куда конфеты складывать, в руках нести? Пришлось оставить пару подсумков, одев их прямо на брючной ремень. А что бы ещё больше повысить шансы на опознание, оставил в подсумках местный пистолет, патроны к нему и вишенкой на торте пять золотых колец.

Нора хоть и чувствовала себя раздетой осталась во вполне приличных не то гамашах, не то лосинах, и толстовке закрывающей ноги до середины бедра, а Данил был вроде одет, а вроде нет.

Левая штанина была разорвана по внутреннему шву от паха, до самого низа, это не считая мелких дыр, и клоков, которые торчали тут и там. Будто симметрично правый рукав куртки тоже висел тряпкой вдоль руки.

Идти пришлось кружным путём, пробираясь сквозь колючие кустарники, и как обычно досталось именно голой ноге, и руке. Да мелкие ссадины заживали быстро, но больно было при их получении ничуть не меньше. Нора же не имела такой регенерации, поэтому двигалась вдвойне осторожнее, и Данил для неё частенько держал ветки, но и то была вся исцарапанная ветками.

Пробирались медленно, стараясь по мере возможностей не оставлять за собой следов.

– Да как ты так двигаешься, у тебя даже звука шагов неслышно.

Спросила Нора. Данил же считал, что он шёл как шёл, в меру шумел ветками, а подстилка из старых листьев и так шума не давала.

Послышался нарастающий звук моторикши. Это наверное погоня, что называется не прошло и полгода.