Старатели 3

Следом за побирушками на новоприбывших напали торговцы всяким хламом, предлагавшие чудо-средства, способные одновременно и вернуть мужскую силу, и очистить ржавчину, и повысить мощностью корабельного компьютера, и даже в разы увеличить скорость корабля.

От этих отбиваться пришлось долго и серьезно, но все же как-то вырвались из окружения, добрались до лифтов.

— Черт! Не припомню, чтобы такое было раньше! — пожаловался запыхавшийся Хороняка. — Этих мошенников с каждым годом становится все больше. И ведь ведется кто-то на ту хрень, что они впаривают.

— Лох — не мамонт… — хмыкнул Юджин, вспомнив старую добрую поговорку.

Едва покинув лифт, они оказались посреди бурлящего рынка, где торговали всякой всячиной, начиная от экзотических фруктов, заканчивая дифлюкторами протонных смесителей для добывающих станций, размещающихся вблизи звезд.

И тут все трое дали слабину. Рико заприметил лоток со всякими музыкальными приблудами и направился туда. Борода ушел изучать ассортимент оружейного киосочка, где были очень перспективные и интересные модели, способные пополнить его коллекцию, и лишь Хороняка остался не у дел.

Покупать тут бухло он не собирался. Он был одним из тех, кто стоял у истоков появления этого рынка, и именно его бражка продавалась одной из первых здесь. Причем продавалась в разной таре и с разными наклейками.

Ну а кто сейчас гонит не пойми что, какого оно качества, и не ослепнешь ли от него сразу на месте было неизвестно. И хоть у Хороняки уже горели трубы, он все же был в состоянии продержаться до прибытия в «Краб» — бар, где обычно заседали старатели, и где Бишоп — бессменный бармен, мог налить чего-то пусть и не особо качественного, но, так сказать, настоящего, а не дешевую подделку.

Все же кое-что привлекло на рынке внимание Хороняки.

Он подошел к одному из лотков, взял из ящичка фрукт и внимательно его принялся осматривать.

— Настаящый фэйнскый дынь! — заявил носатый, заросший иссиня-черной бородой чуть ли не до самых глаз продавец.

— Что-то ты на фэянца не похож! — фыркнул Хороняка.

— Вай! Ты мине покупать хочешь или дынь? — огрызнулся тот.

— Как пэрвый пацылуй, да! Никогда такой не пробовал!

— Слющай, сахар кюшаль?

— Сахар — это сол по сравнэныю с этай дыня. Мама клянусь!

— Ладно, уговорил, — хмыкнул Хороняка.

Рассчитавшись за покупку, он развернулся, пытаясь взглядом отыскать товарищей, но вместо этого заметил кое-что другое.

Точнее кое-кого другого.