Вскидывает руку, с зажатым в ладони терцеролем, вверх. Моё сердце снова где-то в горле.
Мир замер на мгновение, чтобы взорваться оглушительным выстрелом!
Я нервно дёрнулась, стараясь мысленно помочь своему коню быстрее отойти от шока: Зевс замер на пару секунд после старта, как делал последнее время на тренировках. Тут ничего не изменилось. Но поменялась атмосфера – мой жеребец видел, что его обогнали и ему это страшно не понравилось!
Ещё до того, как Рон дал шенкелей, Зевс сорвался с места, вытягивая могучее тело, отталкиваясь мощными ногами от рыхлой земли, всё ускоряя свой бег.
Стадион оцепенел, зрители перестали кричать, для меня остановилось само время, я слышала лишь громоподобный стук своего сердца, что билось в такт каждому удару копыт Зевса о землю.
Мы мчались вперёд, мимо Резвого… Мимо Энгера… К своей первой, но такой важной победе!..
– Зевс! Зевс! Зевс! – сканировали трибуны. – Зевс! Зевс! – улетали сотни голосов в синие небеса, навстречу жаркому солнцу.
И я кричала вместе со всеми! Как и Дин, и матушка с Томом. И наши мастерицы, прибывшие сегодня на первые самые важные скачки этого года. Тут же были Ройс Рейвенскрофт с бабушкой Жульеттой, и Мастер Волш, на которого золотым дождём посыпались многочисленные заказы на новый вид сёдел с монограммой ""ГБ"".
– Вот он победитель ""Алонского дерби"", первых скачек Тройной короны, опередивший Энгера на два корпуса, – над трибунами разнёсся голос судьи, усиленный рупором, – Зевс!!!
Рон, гордо восседая на красавце жеребце, совершил круг почёта, парень широко белозубо улыбался и махал восторженной толпе.
– Поздравляю, любимая! – ликовал Дин, подхватывая меня на руки и крепко прижимая к себе.
Впереди нас ждал один забег попроще, после которого состоятся ""Уэстмит Стэйкс"" и я очень надеялась, что всё пройдёт так же гладко, как и сегодня…
***
Интрелюдия
Две недели спустя
Рон был счастлив. Победа за победой невольно кружила голову, улыбка сама собой наползала на губы; плечи распрямлялись, грудь сама важно округлялась.
Отец и мать страшно им гордились, вся родная деревенька! Никто больше не смел называть его малыш Ронни, уважения в словах и взорах значительно прибавилось. А некогда задиравшие его парни вдруг стали стремиться с ним сдружиться, что неимоверно тешило самолюбие молодого талантливого жокея.
Ему понравился город, в который они прибыли сегодня утром. Соседняя провинция Саншир.
