Откашлявшись, мама с той непередаваемой холодностью, на которую были способны только люди, взращённые в среде аристократов, возмутилась:
- Мистер Добреман, вы забываетесь!"
"- Простите, леди Лерой, - тут же повинился мужчина, максимально притворно. А ещё одновременно с этим будто случайно прижался к моему боку ещё плотнее. Я едва не выпучила глаза от подобной тяжести и еле удержалась от крепкого словца, чуть не сорвавшегося с губ, потому что на меня пуще прежнего дохнуло тухлым потом и вонючей сигаретой.
- Будьте добры так не налегать! - сквозь зубы тихо прорычала я, стараясь не сорваться.
Что-то в моём тоне насторожило мужика и он, поколебавшись секунду, отлип. Давая мне возможность продышаться.
- Через четверть часа остановка в Уэст Виллэдже! - крик старшего возничего зычно ворвался в приоткрытое окно.
Ура! Передышка, можно будет размять ноги, и где-нибудь перекусить. Ночевать в Уэсте не станем, дилижанс помчится в следующую точку - Питсборо, средней величины город и предпоследняя большая остановка перед землями, куда мы, собственно, и держим путь.
В Питсборо пробудем два дня и после отправимся дальше.
Карета остановилась чуть позже обозначенного кучером времени, и мистер Жоран впервые за день открыл рот:
- Моя конечная остановка. Приятно было скоротать путь в такой интересной компании, - многозначительно добавил он, стрельнув блекло-голубыми глазами в мою маму, бесстрастно глядевшую в окно, сидевшую с невероятно ровной спиной и сложёнными на коленях руками.
Леди Мэделин Лерой являла собой образец аристократической утончённости и даже в таком месте держала себя, как королева.
За время моего знакомства с ней я успела полюбить свою новую матушку, воспринимая её недостатки с добродушием и улыбкой. Все мы люди и Мэделин тоже, главное, какая она по отношению к себе и другим. Строгая, справедливая и очень добрая. Но быть собой она позволяла себе только с близкими людьми.
Для чужих же, не заслуживших её уважения, графиня Лерой надевала иную маску: холодного высокомерия, граничащего с презрением.
Её непередаваемое умение одним лишь своим видом показать, что именно она думает о человеке, или ситуации в целом - считалось мной достойным восхищения, я так пока не умела, получалось откровенно смешно, даже коряво. Подобное поведение родительницы обуславливалось средой, в которой она выросла. А умение определять, что за личность перед ней, являлось особым даром Мэделин, коим она пользовалась просто виртуозно.
