Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

В русской версии, исполненной группой актеров мюзиклов на дне рождении театрального фотографа. Одного из них, который солировал в данном трэке, я бы честно прибила за эти задушевные завывания, от которых встать хотелось хотя бы для того, чтобы оборвать страдания. Свои так точно.

Впрочем, не в обиду его фанатам, с ним всегда так было. Зато просыпаться под него можно быстро. Очень и очень быстро, ага.

Разлепив глаза, я дождалась, когда коварный будильник пойдет на второй круг и с размаху хлопнула по нему ладонью, отрубая адские звуки.

  И со вкусом потянулась, размышляя, может, стоит все-таки заменить звонок будильника? А то это “пение” с утра как-то настроения не прибавляет. Разве что настроения стукнуть кого-нибудь лопатой. Или оглоблей.

О, точно! Хомяк! Мне ж от него сбежать надо было, а я все на свете продрыхла. Или?...

- Арин! Тут к тебе пришли! - окрик мамы прозвучал как гром среди ясного неба. И не надо быть семи пядей во лбу, чтоб догадаться кто пришёл и зачем и…

Боже, ну за что мне это, а?!

Хованский не был перфекционистом.

Да и про педантизм если что и слышал, то очень и очень давно. Но этим утром он и сам не понял, как умудрился собраться и оказаться перед подъездом Чайки за полчаса до оговоренного срока. И еще минут пять рассматривал экран собственного смартфона, всерьез раздумывая над тем, позвонить Аринке или спокойно дождаться ее в машине.

Или подняться в квартиру и понаблюдать за вредной, неугомонной Белоярцевой в естественной, так сказать, среде обитания?

Мысль была интересная и, почему-то, ну очень уж соблазнительная.

У них же что ни встреча - то военные действия, что ни разговор - то попытка съесть ложкой мозги оппонента. Серьезно, порою Илья не мог отделаться от мысли, что для спокойного общения с Аринкой ее надо либо все время целовать, либо купить кляп.

И он даже не знал, какая из идей ему нравилась больше.

Деликатное покашливание выдернуло его из размышлений и, вытащив один наушник, Хованский с удивлением уставился на стоящего сбоку парня.

Получив в ответ не менее офигевший взгляд. Елизаров с трудом поставил на место собственную челюсть и очень, ну просто очень вежливо брякнул:

- Ну и какого хрена, Хованский?

Удержаться и не сделать фотку было выше его сил. И Илья щелкнул камерой на телефоне, мстительно подумав о том, что такой снимок станет украшением студенческой стенгазеты. Или сайта. Или он оставит за собой право пустить такой шикарный козырь при любом удобном случае, да.