Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

- Весь университет уже в курсе, что Чайка моя девушка.

Выдержав эффектную паузу и полюбовавшись растерянным выражением лица товарища, Хованский мстительно добавил:

- Видимо, кроме тебя. Что?  Свита доложить не успела или так сложно поверить в то, что я могу с кем-то встречаться?

С минуту Елизаров честно пытался просверлить в нем дырку. Выразительно так пытался, молча. Но сдался и, махнув рукой, буркнул:

- Да ну тебя. Сразу сказать не мог, что ли?

- Мне, может, плакат нарисовать? Или по радио объявление сделать? Исключительно для твоего величества?

- Придурок, - мрачно констатировал Костя, взъерошив волосы на затылке.

- Идиот, - не остался в долгу Илья.

Оба замолчали. Ненадолго. Потому что в тот момент, когда Елизаров открыл было рот, чтобы что-то ляпнуть, на все помещение раздевался заиграла зажигательная мелодия, а мягкий, мужской голос запел на английском что-то вроде “Будь моим”. Да так внезапно, что оба спорщика подпрыгнули от неожиданности. А потом…

- Твою мать… - выдохнул Елизаров, схватив телефон, сиротливо оставленный кем-то на одной из скамеек.

Глянув на фотку звонившего, он закрыл лицо ладонью и обреченно протянул. - Мелкая…

- Что мелкая? - недоуменно переспросил Хованский.

- Это, - ему под нос сунули гаджет, на экране которого сияла фотография радостно скалящейся Чайки, обнимающей свою мать. - Телефон мелкой. А если он здесь, а на него звонит ее маман, то…

- Твою мать, - теперь пришла очередь Ильи закрывать лицо ладонью. Помянул личность одного Царя всеми известными ему ругательствами, попутно придумав пару новых оборотов.

И, выдрав из его рук телефон Аринки, бодро ответил на звонок. - Да, Лариса Геннадьевна! Нет, это Илья. Да она в кафе вышла, за новой дозой сладкого. А то грызть гранит науки того… Тяжеловато. Да! Обязательно провожу! Доставлю в лучшем виде! И вам всего наилучшего…

Отключившись, он сжал несчастный телефон в кулаке и хмуро зыркнул на стоящего рядом Елизарова:

- Если найду, ага… Елизаров, вот скажи мне, дуэнья доморощенная. Куда могла рвануть эта заноза в заднице? При условии, что бежала она от твоих нравоучений?

- А чего от моих-то? - тут же оброс колючками Костян.

- Может, это ты так хреново целуешься!

- Елизаров, твою ж… Ты точно идиот! Клинический! Ты хоть понимаешь, во что это чудо может вляпаться? Причем, не прилагая особых усилий?! - Хованский и сам не заметил, когда успел схватить парня за ворот футболки и хорошо так встряхнуть. Пару раз. - Балда, она ж ходячий магнит для неприятностей.