Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

Хованский честно сгрузил покупки на свободный диван, сходил за напитками и уселся напротив Аринки, вытянув ноги в проход.

- Ты выиграл, - наконец, нехотя призналась Чайка. И очаровательно надулась, скрестив руки на груди. - Я не знаю, как… Но ты, блин, выиграл!

- Очаровательно, - расплылся в довольной улыбке Хованский. И снова замолчал, наслаждаясь заслуженным горячим шоколадом.

- Ну и? - первой не выдержала Белоярцева, нетерпеливо ерзая на диване.

- Три вопроса, Хомяк. Давай, выкладывай, что тебе там узнать захотелось.

..

- Э, нет, солнце мое. Это мы завтра разберемся. А сейчас… - мельком глянув на наручные часы, Илья вздохнул. - А сейчас кому-то пора домой.

- Ой, да ладно. Еще детское время и я…

Он уже говорил, как ему нравится пресекать все споры поцелуями? Нет? Так вот. Он уже обожал это. Спорить с ней, до бесконечности и обрывать на полуслове вот так, целуя медленно, тягуче или наоборот, резко, дерзко, до боли и вспышек перед глазами.

Да какая разница как? Важно, что стоило отстраниться, как эта вредная, мелкая девчонка вздохнула и выдала недовольно:

- Черт с тобой.

Домой так домой. Если ты останешься, кино посмотреть. Останешься?

- Останусь, - Хованский тихо засмеялся, снова легко целуя ее в губы. Подумав о том, что разобраться со всем действительно можно завтра. И послезавтра. И…

Ай, не важно, когда. Сейчас он не хочет думать ни о чем. Кроме своей очаровательной Чайки. Диагноз - влюблен, что тут поделать?

- Чайка! Чайка, блин! Прекращай дуться!

Я не слушала. И слушать не буду! Не буду, кому я говорю?!

Сам ты… Уголь активированный! Так и хотелось обернуться и высказать все, что так удачно на язык ложилось.

И даже было почти цензурным! Но я держалась. Я вообще с гордым видом оскорбленной невинности пробиралась по запутанным коридорам к выходу. И нет, я не собиралась ссориться с Хомяком. Честно не собиралась...

Но кто ж виноват, что они с Елизаровым оказались такими… Такими…

Я зло сдула с носа прядь волос, даже не думая тормозить на очередной оклик. Вот же… Грызун недоделанный! Герой, голова с дырой! Нет, два героя! Полезли, блин, в самое пекло и, что? Как итог, один теперь валяется в больнице, а второго мы только что с огромным трудом вытащили из отделения полиции, куда он умудрился попасть в качестве подозреваемого.

И ладно хоть у Хомяка есть такой чудо-дядя с такими знакомствами, блин. А…

А если не было бы? Вот что бы я тогда делала, а?! Говорю ж, и-ди-о-ты!

В квадрате, нет, в кубе!*

Хованский совершил-таки невозможно.