Старшая сестра его величества. Власть

Вы уж постарайтесь пару дней не бегать без особой надобности...

Он устало плюхнулся прямо на пол и оперся спиной об печь. С первого взгляда становилось понятно, что мое излечение стоило ему огромных усилий.

— Хорошо, — кивнула я, осторожно сползая со стола. Боль в ноге совершенно пропала. Но я не стала топать ногой, чтобы проверить крепость своих костей и результат лечения. — Спасибо, — улыбнулась Южину.

— Не провожай нас, — кивнул ему Димат. — Мы сами уйдем. Отдыхай.

Казалось, я только закрыла глаза, а горничная уже пришла меня будить.

В этот раз горничная была совсем другая, не та, что вчера. Наверное, барон Пирр боялся, что я смогу сговориться с прислугой, поэтому решил меня мне горничных каждый день. Я усмехнулась. Что же, он совершенно не зря этого боялся.

Солнце давно встало, что меня немного удивило. Я много лет просыпалась с рассветом, в Нижнем городе, и даже в Среднем, там спать до полудня не принято, все заработки проспишь. Потому была немного обескуражена. Неужели я так быстро вернулась к той жизни, которая у меня была раньше? Или это просто последствия вчерашнего полуночного бдения?

Анни рядом не было, а ее заливистый смех слышался в гостиной.

Улыбнулась, как хорошо, что дочка со мной. Еще бы забрать Лушку. Сердце уже привычно кольнула. Я чувствовала себя виноватой, перед сыном. Но я должна была оставить его, ради будущего.

Накинула халат, поданной горничной с улыбкой, внезапно чем-то напомнившей мне Ариту, которая прислуживала мне в королевском замке. Хотя внешне они были совсем разные, Арита была похожа на прежнюю меня, а эта горничная выглядела гораздо старше, была немного полноватой, смуглой и темноволосой.

Наверное, она такая же умелая и опытная, как Арита. И именно это сходство я и уловила.

— Мама, — радостно закричала Анни, когда я вышла в гостиную. Она подбежала ко мне и запрокинув голову заглянула в глаза, — а можно Катрила будет жить со мной? Пожалуйста...

Катрила, та самая девчонка, которая вчера мелькнула с подносом, сидела на корточках на ковре, держа в руках тряпичную куклу, и смотрела на меня огромными испуганными глазами.

Худенькая, русоволосая, большеглазая, чем-то неуловимо похожая на маленького олененка, который пригнулся и прижался к земле, готовясь сбежать от опасности.

— Анни, я не думаю, что это хорошая идея, — нахмурилась я. Опять мои дети взялись за старое, мелькнула мысль, подбирают брошенных людей. — Ты же знаешь, скоро мы отсюда уедем. И вряд ли нам позволят забрать Катрилу с собой.