– И потом он, как мой врач, заходил несколько раз. Это же его работа. И мы вроде как подружились. Арсен Ильясович помогал мне сделать первые шаги после операции, потому что было больно даже дышать, не то, что ходить.
Поднимаю глаза и смотрю на дочерей. В глазах Лау снова блестят слезы, Анель кусает нижнюю губу.
- То есть ты с ним встречаешься? – нейтральным голосом задает вопрос Анель.
- Получается, так. Мы пока просто общаемся, - выдыхаю я.
- А почему так рано? Ты уже забыла папу? – Лау смахивает с щеки слезинку.
– Ты его разлюбила?
- Мы с папой развелись. Каждый теперь идет своей дорогой. Но мы, конечно, не чужие друг другу люди, а ваши родители. Мы очень хотим все сделать правильно, чтобы вам было комфортно.
Между нами повисло молчание. Я всерьез настроилась на крики, подростковую истерику, возможно даже с битьем посуды и криками «Я тебя ненавижу». Но…
- Мааам, а я думаю, это хорошо, что ты с кем-то встречаешься, - неожиданно выдает старшенькая.
- Но Анелька, - возразила ей сестра.
- Нет, Лау, подожди. Мне уже почти 17, через год я может быть уеду учиться. Ты тоже мечтала поступить в Италию. Уедешь?
- Если поступлю, - потупила взор младшенькая.
- А мама останется одна. Мы будем приезжать раз или два раза в год. А потом выйдем замуж. А мама все равно будет одна. Мама, - Анель протягивает руки и мы скрещиваем с ней наши пальцы. – Я хочу, чтобы ты была счастливой. Неважно, с доктором или с кем-то другим. Ты же у меня такая молодая и красивая.
- Спасибо, милая, - теперь у меня глаза на мокром месте.
– Лаура, а ты что думаешь?
Дочка встает, вытирает ладонями влажные щеки и говорит дрожащим голосом:
- Мне надо обсудить это с психологом. Как-то быстро вы все. У папы ребенок, у тебя друг. Я не знаю, я ничего не знаю.
Потом она разворачивается и идет к себе в комнату, из которой долго не выходит. Не рискую идти туда сама, понимая, что она не захочет со мной это обсуждать. Ужинаем с Анель вдвоем и больше темы моих отношений с Арсеном не касаемся.
Потом все-таки ставим романтическую комедию «Отпуск по обмену», который я уже много лет смотрю под Новый год. Захотелось просто отдохнуть и отключиться от тяжелых мыслей. Лау выходит из комнаты и не глядя на нас берет тарелку, накладывает себе пиццу, суши и наливает в стакан газировку. Чувствую ее молчаливый протест, но понимаю, что надо дать ей время. И если она сказала, что поговорит с психологом - это уже хорошо."
"В понедельник дел невпроворот.
