И знаешь, как больно понимать, что ты – любовница на два часа. Час на меня, час на сына. А иногда и меньше. Я поэтому намекала тебе, что я – токал, потому что думала, что ты хоть что-то предпримешь.
- С самого начала я тебе ничего не обещал и предлагал расстаться! – вскипел Рустам. – Но потом ты ловко забеременела, зная мое отношение к детям.
- Да! Забеременела! А знаешь, что? Я не хотела детей! Никогда не хотела, потому что помнила, как наша соседка говорила про мою мать и отчима, что они плодят нищету! Я была не нужна ни отцу, ни матери.
Но я тебе этого никогда не говорила.
- Тогда зачем родила? – прорычал Рустам. Он был уже на грани.
- Чтобы тебя удержать, - блеснула она глазами, в которых он раньше утопал. – Родить тебе наследника. Вы же мужчины на этом повернуты. Продолжатель рода, фамилии!
- Теперь понятно, - мужчина сжал кулаки до белых костяшек. – Я замечал, но отводил от себя эти мысли. Ты же постоянно скидывала Тамерлана на няню. Поэтому он в первую очередь шел к ней. А ты чем занималась? Меня травила? – закричал он.
- Это ты виноват, - не отставала она. – Ты меня вынудил. А теперь твои родители решили от меня откупиться. Вы, богатые, только это и умеете делать. Что там мне подсунули подписать? Что я не имею к тебе претензий? А я имею. Из-за тебя я стала такой! – разъяренно кричала она, выплевывая всю накопившуюся желчь. – Ты был за рулем! Из-за тебя я потеряла ребенка и больше никогда не смогу родить!
Рустам смотрел, как вздымается ее грудь и трясутся руки. В глазах – чернота и ненависть.
- Когда я первый раз тебя увидел, - сказал он неожиданно мягко, -я просто обалдел от твоей красоты, запаха и голоса. Потом ты прикоснулась ко мне и у меня все внутри перевернулось. Весь день я думал о тебе, а на следующий приехал снова. Ты, видимо, уже тогда поняла, как я хотел тебя поцеловать. А когда сделал это, у меня снесло крышу. Несколько встреч, и я к тебе привязался. А позже понял, что люблю тебя. Я ведь по-прежнему тебя люблю.
Как только он это сказал, в глазах Томирис блеснула слабая надежда.
- Но теперь я смотрю на тебя, Томи, и больше не вижу той девчонки, из-за которой потерял голову. Скажи мне, какая ты настоящая: сейчас, или тогда?
Она молчала, тяжело дышала и смотрела теперь исподлобья.
- Я понял, что с нами не так, - продолжил Рустам. - Мы виним в своих бедах всех, коме себя. Ты хоть понимаешь, что травила меня? И даже если по глупости, но в случае моей смерти моя семья доказала бы, что прендамеренно. Ты бы села за предумышленное.
