Старшеклассник без клана. Апелляция кибер-аутсайдера 5 (СИ)

— Это самый простой тест на жадность, — небрежно отмахнулся Рыжий. — Втягивание, вербовка, эксплуатация — всё равно как отыгрываться в казино.

— Продолжай, — попросила японка. — Такое впечатление, что ты додумался до чего-то такого, куда мы все своим умом не дошли. Уж больно звучит радикально, — она с подозрением покосилась на брата.

— Этнопсихология. Легко пришло, легко ушло. Не гневи бога. Чё, правда не понимаешь? — Седьков даже заглянул ей в глаза, наклоняясь поближе, чтобы лучше видеть с его зрением.

— Мы все не понимаем, — деликатно ответила за одноклассницу Эрнандес.

— Проблема всех игроманов и алкоголиков в том, что они не могут вовремя остановиться, — заржал Рыжий. — А у меня с этой частью всё в порядке. Что изменится для нас, если вопрос отложить на год, три или десять?

— Может много чего измениться. — Хамасаки похлопала себя по животу. — По истечении некоторых сроков, моё решение могут начать тиражировать, законодательно закрепив монополию. А очень интересное твоё пролетит мимо кассы: второе место на рынке иногда как последнее.

— А мне всё равно, — явно не кривя душой, серьёзно ответил Виктор. — Я и Сапрыкину не врал. Месяц назад мне жрать было нечего, ещё и по морде довольно больно били ни за что каждый день. Ладно, не ни за что — слабым быть нельзя — но в принципе!..

— Неожиданно. — Выразила общее мнение Мартинес, заражаясь от одноклассника дурацкой привычкой и начиная перешагивать трещинки на асфальте.

С учётом синхронности их шагов, со стороны, наверное, смотрелось занятно.

— Смени масштаб, — предложил Виктор.

Чёрт, вот именно за такие мгновения он ей и нравится. Даже словами не опишешь.

— На что сменить масштаб?

— Не на что, а где. На горизонте задачи: нам всем нет даже двадцати. Прожиточный минимум нектуален ни для кого, до восьми десятков всяко дотянем без голода. Из-за чего сыр-бор?

— Можно не успеть занять очередь, чтобы жить вечно, — она коротко сформулировала суть. — Люди предсказуемы. Когда впереди в толпу кто-то бросал горсть монет сотни лет назад — многие, если не все, бросались подбирать, хотя всегда было очевидно, что на всех не хватит.

— А у меня другой подход. — Рыжий сделался необыкновенно серьёзным, она даже где-то напряглась. — Я не вижу смысла топить за такое открытие, если оно не станет достоянием всех. Не избранной группы, не элиты, не верхушки — ВСЕХ.