Старший принц в активном поиске (СИ)

— Ага, — кивнула язвительно Оберта Танзи, — Поэтому Его Высочество принц Дарен за все время торжественной церемонии в сторону Грахэйм даже не взглянул.

Среди аристократов находилось немало снобов, которые выражали свои недовольства по поводу того, что герцог Грахэйм стал в свое время заниматься техно-магией, которую изобрели недостойные плебеи.

Состояние отца росло вместе с популярностью его изобретений, и завистников становилось больше, нежели просто недовольных. Но главное, что король полностью поддерживал отца и проявлял свою благосклонность.

Общались мы с ним неплохо, но виделись крайне редко из-за обучения младшего принца в Столичной магической академии. А потому и пылкой привязанности друг к другу не испытывали.

Ответить я ничего не успела. Потому как в поле зрения благородных леди появилась фигура, которую мы здесь ожидали увидеть меньше всего.

— Приветствую вас всех, — произнес король Бенджамин Третий, забравшись на трибуну, — Рад видеть, что столько благородных, красивых, умных и самобытных юных леди смогли пройти сложнейшие испытания и оказаться сегодня здесь.

Если наш король произносит столько комплиментов в одном предложении, значит, быть беде. Это уже успели усвоить многие, и потому благородные и умные юные леди насторожились, глядя в ответ на монарха.

— Все вы здесь собрались не просто так, — произнес тем временем король, дождавшись, когда благородные леди выпрямят спины после положенного реверанса, — Вам была оказана великая честь, и каждая из вас была отобрана мной лично для этой важной миссии.

Настороженных взглядов в сторону монарха становилось больше, а градус напряжения возрастал. Похоже, все было не так чисто с этим указом, который Бенджамин Третий подписал своей щедрой рукой после долгих лет уговоров.

— Вы все получили высочайшее право побороться за сердце моего старшего сына — наследного принца Теодора, — выдержав драматичную паузу, произнес король.

Эта новость была как гром среди ясного неба. Принц Теодор был, мягко говоря, в народе нелюбим. Причем, как среди аристократов, так и среди обычного люда. Мрачный, нелюдимый, жестокий и сам себе на уме. Его боялись, его уважали, ему завидовали, но видеть его будущим монархом не желал никто.

Поэтому и отбор невест для наследного принца не проводили.