Старший принц в активном поиске (СИ)

— Это после прошлого-то раза? — усмехнулась Оберта Танзи, — Боюсь, у принца Теодора теперь аллергия на всякого рода портреты.

— Что же делать? Что же делать? — принялась бормотать себе под нос леди Шелби, крутанулась вокруг пару раз, потом замерла.

И по озарению, промелькнувшему на ее лице, мы поняли, что ее посетила очередная «гениальная» идея.

— Я сочиню стих и посвящу его принцу Теодору, — уверенно произнесла она, кивнула своим мыслям и унеслась в свою комнату.

— Ну вот, Мирабель хотя бы определилась с тем, какой талант она собирается продемонстрировать, — вздохнула ей вслед Гвендолин Райли.

— А кто-нибудь вообще знает, как дела с поэзией у леди Шелби? — протянула задумчиво Клотильда.

Теперь уже об этом задумались мы все.

— Давайте определимся сразу, кто и что собирается демонстрировать Его Высочеству, — предложила Келсая, — Так, чтобы демонстрируемые таланты не повторялись ни у одной из нас. Леди Шелби выбрала поэзию. Значит, этот талант исключаем.

— Тогда я сыграю на фортепиано, — тут же вклинилась Оберта.

— А я неплохо пою, — произнесла Клотильда Коррета и, повернувшись к леди Танзи, предложила, — Выступим вместе?

К всеобщему удивлению, последняя возражать не стала и величественно кивнула в ответ.

— Я исполню танец, — уверенно заявила Келсая Келли.

Мы дружно уставились на нее с долей скептицизма. Не в обиду благородной леди будет сказано, но особой грации и пластики за нею замечено не было. В том числе и на полигоне.

Но если хочет опозориться, ее право. И спорить с этим никто не стал.

— А я вкусно готовлю, — с долей смущения призналась Гвендолин Райли в столь неблагородном таланте, — Приготовлю для Его Высочества свой фирменный пирог.

— Главное, яду туда подсыпать не забудь, — посоветовала ей Равенна Маккензи.

И когда мы все с возмущением на нее уставились, она буркнула недовольно:

— Да пошутила я, пошутила.

Согласна, не всем нравилось участвовать в этом отборе. Но подобные высказывания, пусть даже и шуточные, могут очень дорого стоить.

— Тебе повезло, что кроме нас, этого никто не слышал, — поспешила напомнить я, — Иначе тебя бы уже казнили за измену короне.

— И нас как соучастников, — кивнула хмуро Талита Фарлей.

Глаза у леди Маккензи заметно округлились, и она испуганно прошептала:

— Но вы же никому об этом не скажете?

— Не скажем, — высокомерно отозвалась Оберта, — Если будешь себя хорошо вести.

— Гвендолин, а можно я с тобой пирог приготовлю? — вцепившись в руку рядом стоящей леди Райли, жалостливо взмолилась Равенна.