— пожал я плечами, немного неуютно, конечно, мне ещё за Лирой лететь, а там, как сказал Ерастов, какие-то пираты ушли от казаков, но, ничего не поделаешь. — Батареи к тем, что у нас есть, хотя бы выдали?
— А то, взял с запасом, на каждого по четыре штуки. Всего восемьдесят вышло. — довольно приосанился барон.
— Делать тебе нечего было. — недовольно буркнул Феймахер, — лучше бы ещё гранатомётов взял, или мин каких.
— Ой, да отстань ты уже, маньяк тротиловый. — отмахнулся от него Бобров. — Тур, смотри, — он, довольно улыбаясь, показал рукой мне за спину, где, сразу после входа в палатку, в тамбурах штабелями были сложены ящики.
— Там и пули, и гранаты с реактивными установками, и обвесов всяких к ЛПДМ набрал, и медицина, даже портативные реанимационные модули есть. У нас теперь оснащение не хуже чем у роты.
— Зачем нам столько? Как? — немного ошарашено удивился я. — Куда это всё девать?
— Сам же говорил, карман запас не тянет. — немного сбавил обороты старшина, — а я подсуетился, раз доспехов нет, то и выбил кучу всего, а вдруг враги нападут!
— Карман не тянет, зато спину ломит.
— прокомментировал его слова Пруха. — Нам же это всё и тащить теперь на своём горбу.
— Вот придёт голодное время, попросишь кусочек хлеба с салом.
— А ты провиант куда сложил? — что-то я смотрел, и не находил нужных маркировок на ящиках.
— Дык, если бы он сало притащил с хлебом, мы бы молчали. — влез в разговор Гусаров. — Это пуль у нас, как семечек, а пожрать нечего.
Я смотрел на наливающегося краской Боброва и мысленно хохотал.
Какие красавцы на обеспечении у нас работают. Спокойно вручили гору хлама, а сухпай зажилили, ещё и спешку устроили наверняка, чтобы он не заметил. А Серёга и рад, нам бы половину от того, что в лазарете лежит, иметь бы в джунглях, намного легче было бы. А теперь мы, а не снабженцы за грузчиков будем выступать, а потом, на корабле у нас половину оборудования заберут под предлогом, что отделению столько не нужно. К гадалке не ходи, скорее всего, так и будет.
Но! Это мы ещё посмотрим.
— Не возвращать же, там такая очередь выстроилась. — как-то жалобно протянул Серёга, — я в ней до ночи простою, да и на складе старший мичман Жабов сказал, чтобы я больше не появлялся.
— А ты полежи в толпе, а то в ногах правды нет. — а это Гвоздь высказал своё недовольство.
— Так, отставить. — я похлопал рукой Бобра по плечу, пытаясь приободрить. — Очередь там, говоришь, значит ещё не всё потеряно.
