Скaчана с помощью CVT программы, которую можете найти там же
— Чего? — удивился Серёга, и посмотрел вниз, перетаптываясь.
— Теперь сестре тарелку сбил. Ноги убери, сволочь! — откуда только силы взялись. — Прекращай на столе топтаться, по морде получишь.
— Чего это он? — Бобёр глянул на меня недоумённо.
— Ноги убери, а то реально получишь. — слезящимися глазами я смотрел на старшину. К чёрту, накатило….
* * *— Точно женишься? — затихающим голосом спрашивал Левон. — Приданного….
— Да успокойся ты уже, не волнуйся так.
— порхал над ним Гусаров. — Никуда не денется, два отделения в свидетелях.
— Без приданного женюсь, ты остынь только! — соглашался Бобров. — И выздоравливай, давай, что бы на свадьбе погулять вместе.
Мелконян тревожно заснул, что-то бормоча себе под нос, а Серёга, выдохнув, присел рядом с Прухой.
— Ну, вы даёте, блин. — произнёс он, переводя дух.
— А сам-то? Так, парни. — стал нас отчитывать Гусар, — ему, конечно, прямо сейчас ничего не угрожает, но состояние всё ещё тяжелое, вы на кой ляд заставили его волноваться?
— Миш да он сам, мы ж не хотели.
— оправдался я.
— Не хотели! — поморщился он. — Так, рядом с ним никаких обсуждений, давайте, идите все в другое место. Идите, говорю!
— Так и тебе с нами. — вставая, буркнул барон. — И командира больного гонишь, что ж ты за фурия."
"— Сейчас подойду. — отвернувшись от нас, и заботливо проверяя Левона, ответил наш медик. — а Тур здоров, хоть сейчас в строй, как ни удивительно.
Мы отошли метров на десять от лазарета, туда, где спали остальные морпехи, и расположились на спальниках, поджидая остальных.
— Реально женишься? — поинтересовался Пруха у Бобра. — А если не понравится?
— У него три сестры, есть пространство для выбора. — не задумываясь брякнул Серёга, — и вообще, главное, что бы хозяйкой была хорошей. А вот чего ты в сорок четыре года не женат?
— А вот через год, как служба закончится. Получу старшего матроса, — довольно зажмурился Прохор, — выправлю документы на мастерскую для автогравов, и рвану к себе в деревню, есть у меня там зазноба давняя.
— А дождётся? — ехидно поинтересовался подошедший Осокин.
— Пару месяцев назад обещала. — широко и щербато улыбнулся ветеран. Он вообще был открытым, и добрым, как я успел заметить, а ещё простым, как пряник, и лицо такое же, как тот пряник, круглое, какое-то… лучистое, что ли. От него так и изливалось тепло. Солнечный человек!
— Везёт, а моя не дождалась. — хмуро бросил Любомир. Теперь ясно, чего он ерничал над Прухой.
