На ходу, метнул засапожник в Тима, он на Гвозде, но всё же, а затем я оказался за спиной Тома, одним движением сворачивая ему шею, выхватывая его нож, и вонзая ему в грудь. Глаза женщины распахнулись от испуга, и она….
… Не смогла закричать, мужик успел заткнуть её рот ладонью, что-то шепча ей на ухо. Девушка, а это была именно девушка, увидел вблизи, обмякла в его руках.
Гвоздь успел подхватить тело Тима, и мы его, вместе с братом усадили у калитки. Мой нож вошёл четко в подбородок, пробивая голову вверх до самого черепа, хороший бросок получился.
Со стороны задней части загона прилетел камешек — проход готов.
— Уходим. — шепчу общиннику, занимаю позицию за телом предателя. Буду прикрывать.
— Дядя, а где Мариса? Вы её здесь оставите?
Оборачиваюсь, парнишка лет двенадцати. Смотрю на мужика.
— Джонни, — говорит тот, присаживаясь рядом с пацаном. — Нам придётся, иначе все погибнут. — и уже мне, — сестра его, её увели в палатку местного сотника.
Блин, Родольфо, а я и забыл.
Естественно она всё ещё там, кому придёт в голову ломиться к одному из старших, когда он занимается приятными делами. Только их капитану, но он, походу, тоже был занят. Смотрю на мужика, он в джинсовом комбезе, не отличишь от предателей:
— Бери автомат, покажешь палатку.
— Командир. — Гвоздь обеспокоился.
— Я обещал всех спасти, — шепчу ему. Дурость, конечно же, но не могу по-другому. — Пусть двое ваших встанут у калитки спиной к лагерю, трупы в толпе прячьте, эту, Эбби, к калитке, делаете вид, что развлекаетесь.
Гвоздь, дай свой автомат, бери Татарина, и ждёте смену караула.
— Есть! — капрал не приучен спорить, особенно, когда с ним говорят таким тоном.
Поменялись оружием.
— Где остальные предатели? — спрашиваю мужика, который уже взял автомат Тима.
— Там, — показал в другую, от палатки идальго сторону. Отлично, не столкнёмся.
— Иди вперёд, я за тобой. — и Гвоздю, — если через полчаса не вернемся, уходите без нас, это приказ.
Приказ, решил блин поиграть в спасителя угнетённых. Я медленно крался за общинником по лагерю пиратов, и костерил себя на все лады. Волчонок блин, щенок!
Костры потухли, наёмники пьяно дрыхли, валяясь вповалку на спальниках, и, к моему удивлению, кусках мха. Прожектора сюда не светили, что бы не мешать своим, не разбудить. Да их из пушки не добудишься, так крепко спали.
К нашей удаче добрались до палатки быстро, минут за десять, и без помех.
