Часы в кармане его пальто громко отсчитывали истекающие секунды.
Скоро он опять сбежит. Растает в темноте, как призрак. Покинет меня до следующей ночи.
Реймон углубил поцелуй. Его рука скользнула вверх по моей спине и зарылась в волосы на затылке. Предвкушая разлуку, он набросился на мои губы с бешеной страстью — в последние мгновения урвать побольше, насытиться впрок, хотя бы немного утолить мучительную жажду ласки.
Но вот волшебство закончилось. Тяжело дыша, Реймон Марцелл отстранился. Напоследок его пальцы с трепетной нежностью огладили мою щеку.
Во взгляде Его Сиятельства горел ненасытный, животный голод, однако даже сильные эмоции не заставили его потерять бдительность. Разорвав поцелуй, граф сразу вернул платок на место.
— Простите, Мэри, — прошептал Реймон Марцелл, наклоняясь за свитером. В порыве страсти он, забывшись, уронил его к нашим ногам. — Я не должен был. — Граф глубоко вздохнул. — Но я должен был. Понимаете?
Я кивнула, едва слыша его голос за шумом крови. Бумажный пакет, в который я положила свой подарок, унесло ветром.
Краем глаза я заметила, как что-то коричневое мелькнуло на краю террасы между столбиками ограждения и сорвалось в пропасть. Наверное, это был он.
— Мне надо уйти.
— Вы всегда уходите.
— И всегда это невыносимо тяжело.
Губы Его Сиятельства тронула извиняющаяся улыбка. С превеликой осторожностью он прижал связанный мною свитер к груди, словно это было что-то очень для него ценное, затем порывисто распахнул дверь и вернулся в гостиную.
А я осталась на террасе, в темноте и одиночестве.
* * *
Утром следующего дня я ушла в лес, искать снежного дракона. Помня о голодных волках, снующих вокруг Блэквуда, я не собиралась сильно удаляться от замка. И все равно рисковала. Но у меня остался последний неврученный подарок.
За ночь морозы спали. Снег был влажный и рыхлый, не скрипел под ногами, а чавкал. Ноги быстро промокли, и я решила, что, если в ближайшие полчаса не найду своего крылатого друга, то вернусь назад — греться и пить горячий чай с медом.
Не хватало еще простудиться и остальных заразить соплями и кашлем.
— Дракон? — позвала я, сунув пакет с подарком под мышку и сложив ладони рупором. — Дракон, ты где?
Только сейчас я поняла, что так и не узнала имени своего удивительного знакомого. Как-то даже некрасиво вышло.
— Дракон? Снеговик?
Небо над мрачными верхушками сосен было грязно-серым и неприветливым. В лесу царила мертвая, зловещая тишина.
