Он не выглядел физически сильным, хотя я был уверен: если бы старик взял в руки железный прут, он завязал бы его в узел одним движением. Нет, на меня давила духовная энергия. Казалось, воздух вокруг старика вибрировал от напряжения.
За ним следовали двое рослых, широких в плечах мужчин лет двадцати. Они двигались синхронно друг с другом, их мышцы перекатывались под одеждой при каждом движении. Они шли молча, не обмениваясь друг с другом ни словом, ни взглядом. Но их присутствие ощущалось так же остро, как и присутствие старика.
Они были его тенью — незаметной и опасной. Если бы я сейчас закрыл глаза и покрутился на месте, смог бы безошибочно ткнуть в эту троицу.
Моё сердце заколотилось быстрее. Что-то в этой троице заставляло меня чувствовать себя маленьким и уязвимым, несмотря на все достижения. Я будто стоял перед хищником, понимал, что он сильнее меня и что любое неверное движение станет последним.
Я быстро отвёл взгляд, чтобы не привлекать внимания.
Они прошли в трех метрах от меня. Старик даже не посмотрел в мою сторону.
Когда они скрылись за поворотом, я наконец смог выдохнуть. Только тогда я понял, что всё это время держал яблоко в руке так крепко, что чуть не раздавил его.
— Вот это да… — пробормотал я себе под нос.
Смотрю на продавца фруктов — тот тоже выглядит встревоженным.
— Кто это был?
Продавец покачал головой и быстро отвернулся.
— Не знаю, парень. Не знаешь дела — спишь смело.
Яблоко берешь?
— Да.
Я продолжил идти вдоль рядов. Взгляд скользил по прилавкам, но мысли возвращались к той странной троице. Какого они ранга, раз само их присутствие так давит на окружающих?
Через минуту я снова почувствовал нарастающую нагрузку. Обернувшись, я застыл.
Троица шла по рынку, в этот раз прямо ко мне. Я почувствовал, как ладони начинают потеть.
Когда старик подошёл ближе, воздух вокруг словно стал гуще. Я почувствовал себя маленьким ребёнком под огромной горой, с которой в любой момент могла сойти лавина.
Я машинально склонился в поклоне. Это было скорее инстинктивно — будто кто-то шепнул, что перед таким человеком лучше не стоять прямо. А может, старик как-то воздействовал на мое сознание.
Выпрямлялся я уже с усилием.
— Здравствуй, юный практик, — раздался глубокий голос старика. Он произнес слова медленно, и упали они с каким-то особым весом. — Меня зовут мастер Линь.
