Наконец Кира остановилась у узкого входа в пещеру и подняла руку, давая сигнал остановиться.
Я сразу узнал это место — узкий вход, отсутствие снега на камне. Мы были здесь раньше. Именно здесь Барт оставил один из своих свертков.
— Заходим, — махнула рукой Кира. Мы пришли. Это то самое место, где нужно срезать цветок.
И первой шагнула внутрь, наложив стрелу на тетиву. Ларн последовал за ней, а здоровяк Роган пропустил меня и с шумом протиснулся следом, шоркая грудью и спиной о каменные стены.
Пещера выглядела обычной — небольшое помещение, дальняя стена завалена камнями.
Я прошел несколько метров вглубь, прищурился, осматриваясь. А когда глаза привыкли к полумраку, я увидел сверток, рядом с которым стоял Ларн, внимательно разглядывая его. Кира сидела у стены пещеры и почему-то старалась не смотреть в центр.
Он лежал по центру пещеры, покрытый инеем. Без сомнения, это был тот самый сверток, который Барт оставил здесь несколько недель назад, только сейчас он был разрезан посередине.
И теперь из него росло растение, похожее на то, что срезал на моих глазах Барт.
«Ледяное сердце». Оно было ростом сантиметров пятнадцать, с тонким стеблем и лепестками, которые светились мягким голубоватым светом.
Я подошел ближе, чтобы рассмотреть цветок.
И тогда я разглядел больше.
Цветок рос из груди трупа.
Я почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Сверток скрывал тело человека. Сквозь иней и тонкую рубахе были видны очертания обледенелых ребер и впалого живота. Цветок пробился сквозь грудную клетку, словно паразит, питающийся останками.
В голове вспыхнули воспоминания: тот момент, когда Барт срезал цветок на прошлой миссии… Тогда я заметил что-то странное в его основании — острые выступы, похожие на обледенелые ребра. Тогда я решил, что это просто лепестки цветка, но теперь название «Ледяное сердце» обретало иной, не столь романтический окрас.
— Черт… — выдохнул я себе под нос.
— Нормально все? — спросил Роган.
Я посмотрел на здоровяка и увидел внимательный изучающий взгляд.
— Да, — быстро ответил я, борясь с желанием заорать матом.
— Ну, тогда срезай.
Я снял со спины короб, вытащил шкатулку. Примерно прикинул, каким по высоте должен быть цветок, чтобы вместиться в нее и осторожно срезал цветок ножом."
"Стебель был твердым и холодным на ощупь, как кожа мертвеца, а лепестки выглядели острыми, будто выточенными из стекла.
Я спрятал его в короб и захлопнул крышку.
— Если не хотите ночевать с ним… советую вынести наружу, — сказал я, кивая на труп.
