— Хочешь сказать, что ты против, малыш? — спросил здоровяк, наблюдая за всей гаммой промелькнувших на моем лице эмоций."
"— Против ли я рисковать жизнью? — напоказ удивился я. — Конечно! А вот ты легко закупоришь своей тушей любую щель. Так что иди-ка ты сам…
Рывок здоровяка был едва различим. Вот я стою, а в следующую секунду — качусь по снегу.
— Я могу сбросить тебя со скалы, если не будешь подчиняться. Или — буду гнать пинками впереди отряда. Готов проверить?
Вытираю с лица снег. Ситуация, в которую книжные нагибаторы не попадали.
Все-то у них легко, и не потому, что они крутые — просто их в такие ситуации не ставят.
— Барт, это неправильно, — тихо сказала Кира.
— Не готов, — прохрипел я и на эмоциях сказал раньше, чем подумал. — Но я запомнил тебя, урод. Ты уже четвертый в моем личном списке.
— Полагаю, с таким поведением скоро кто-то из твоего списка сломает тебе ноги, — ничуть не впечатлился громила. — Давай. Иди.
Если я начну возмущаться или брыкаться, меня просто заставят идти вперёд, или будут швырять, проверяя мной путь.
Даже Кира, милая и добрая лучница, пожалевшая меня при встрече, просто отвернётся и позволит Барту сделать всё, что он хочет.
Правда, есть выход. Нужно всего лишь пожелать, и спящая в груди сила откликнется. Чтобы скороговоркой произнести полученное заклинание, уйдет половина секунды. Бородач даже почувствовать ничего не успеет, прежде чем я получу доступ к его памяти. И смогу сделать всё, что угодно. Смогу забрать воспоминания о последних минутах.
Смогу вырезать из его памяти умение ходить или разговаривать.
Но тогда я опущусь на уровень этого урода. Точно не вариант. Зачем мне новая жизнь, если я в ней сам себя презирать буду?
Мне нужно быть сильным. Как показали два прожитых дня, в этом мире у меня не выйдет отсидеться в тени сеновала с крестьянками. Месть, боль и радость будут потом. А пока мне нужно пройти этот путь впереди отряда.
Я бросил на урода ненавидящий взгляд и пошел вперед.
Идти сразу стало в разы труднее.
Каждый шаг давался с усилием, я не пробирался по натоптанной тропке, а делал ее сам. Ветер резал лицо, забирался под шапку.
Зачем я здесь? Нельзя ли было отказаться от поручений и в следующий раз просто купить новые продукты взамен унесенных? Или лекарь придумал бы что-то ещё?
В голове мелькали мысли, но ответа я им не находил.
Очередной шаг — и нога провалилась глубже, чем обычно. Я вскрикнул от неожиданности, но тут же почувствовал жёсткую хватку за шиворот.
