Стать Демиургом

Девушкам стали подыскивать подходящих Одаренных мужей… Сначала это сильно их беспокоило, но… время шло, и угроза принудительного брака казалась все более призрачной. Сестры спокойно учились в Академии, тайком мечтая о создании собственного мира. На третьем курсе они сделали первую попытку… На пятом Рани влюбилась в одногруппника, простого Творца-Универсала, а на седьмом мечта сестер сбылась – они создали Лареллу.

Резко выдохнув, развернулась к Тиль. С самого начала мне казалось, что в ее рассказе было что-то очень личное… и теперь я поняла что! Тиллиринель рассказывала о себе.

– Да, Лареллу создали мы с сестрой – я творила мир, а Раниэль – все живое. Знаешь, моя сестра была удивительно талантливым Творцом… даже гениальным. И Совет Тринадцати решил, что не стоит разбрасываться столь перспективной молодежью, – на восьмой курс любимый Рани в Академию не вернулся… Мы забеспокоились. Я прикрывала Раниэль, играя со временем и посещая занятия за себя и за сестру, серьезно подпортив ей этим табель успеваемости, а она отправилась искать Дарина.

Сначала – в его семейный ареал…

Тиль замолчала, зябко кутаясь в плащ, и я поняла, что это не зимний холод заставляет Демиурга дрожать, а воспоминания о давно минувшем.

– Когда она вернулась… Знаешь, я никогда не чувствовала себя такой беспомощной. Это было ужасно. Рани сгорела. Но рассказать о том, что произошло, она не захотела даже мне, а настаивать я не посмела. Все, что сказала мне сестра: «Они убили его, и я ничего не сумела сделать…»

– Кто они?.

. И что значит сгорела? Я думала, если Демиург сгорает, то растворяется в Источнике…

– Можно сгореть и физически выжить. Но тогда ты становишься обычным Лишенцем – человеком без Дара. Для любого Демиурга нет приговора страшнее. Если повезет, то останутся какие-то крупицы Дара, позволяющие тебе по чуть-чуть цедить силу из Источников и, например, продлять свою жизнь или залечивать раны, но не более того. Для тех, кто творил миры и богов, это ничтожно мало. Поэтому большинство предпочтет смерть лишению Дара.

Насчет второго вопроса… Кто «они» – не знаю. Но почти уверена, что это игры Совета Тринадцати. – Тиль горько усмехнулась. – Рани ведь была такая же упрямая, как и я. И, любя одного, никогда не согласилась бы на договорной брак с другим. И никакой Совет не смог бы ее заставить. В общем, спустя две декады она навсегда распрощалась с Академией и уехала домой, так и не рассказав мне о том, что произошло. А потом просто не успела.

– Она… ее что, тоже?..