Стать Демиургом

Осмотревшись, с чувством выругалась, связав в одном длинном изящном предложении двух крашеных извращенцев, посетивших меня ранее, неизвестного Харона, весь этот гребаный мир, чуму, от которой вымерло все население, и добавив пару поз из Камасутры с разъяснениями. Слегка отдышавшись, устало поплелась по коридору, снова выбрав левую сторону. Казалось, что я иду целую вечность, когда метрах в трех из бокового прохода, не заметив меня, вынырнул парень, повернулся спиной и стремительно помчался вперед. Высокие ботфорты, весьма обтягивающие черные кожаные лосины и колет длиной до талии.

Распущенные платиново-белые волосы достигали лопаток. Первая пришедшая в голову мысль была просто убойной: «Какая шикарная попка! Девчонки, наверное, с ума сходят… хотя скорее парни…» – язвительно поправила я себя, рассматривая вышеозначенный объект. Затем в мою неумную голову наконец-то пришла светлая мысль, что это – живое разумное существо, способное вывести из лабиринта коридоров! Я открыла рот, чтобы привлечь к себе внимание, но этого уже не требовалось. Обладатель платиновых волос споткнулся на ровном месте и оглянулся, с яростью рассматривая мою полудохлую тушку, прислонившуюся к стене. Покрасневшие скулы поразительно оттеняли горящие бешенством глаза странного серебристо-серого цвета. «Интересно, чего это он так разозлился? Мысли, что ли, читает? – прибалдела я, без стеснения разглядывая разъяренного парня. – Ой ду-ура!!! Ну естественно, он их читает! Они же тут все телепаты, мать их за ногу…»

Я прикрыла глаза, с ужасом сползая по стенке на пол и утыкаясь пылающим лицом в колени.

«Расслабилась, блин, студентка?! Все. Сейчас он меня прибьет и по-тихому прикопает под ближайшим кустиком! И никаких свидетелей… – обреченно поняла я, услышав над головой змеиное шипение блондина. – Тарнум, наверное, от счастья на моей могиле канкан спляшет, радуясь, что избавился от такой занозы-ученицы».

«Тарнум дер Корентс?» – «услышала» я мысленный вопрос нависшей надо мной Немезиды в мужском обличье, оставивший за собой странное послевкусие далекого свежего бриза и свободы, почти полностью перекрываемое ало-черными волнами ярости.

«Да, Вайрин дер кто-то там… в общем, ваш директор подложил Тарнуму недетских размеров свинью, определив меня в его группу», – признала я, задирая голову, чтобы взглянуть в глаза собеседнику.

Парень резким и, похоже, привычным движением руки отбросил прядь серебристых волос, рассматривая меня со странной смесью ярости и сожаления.