Ставка на невинность (СИ)

Организм, бомбардируемый гормонами, намекает, что неплохо бы убедиться в окончательной скучности Геры опытным путём. Для верности раза три, потому что ухваченный мной на Ленинской оргазм предрекает мне некие приятные перспективы.

Ну точно. Это вовсе не чувства, это банальная похоть. Янка, у тебя недотрах, который постоянно усугубляется Бергмановскими поползновениями.

Снимем симптомы, и все пройдёт.

Дело совсем не в его глазах, губах, голосе и широких плечах. И точно не в чувстве юмора. И мне совершенно не интересно, сколько он знает историй про кровавые бриллианты, какой джаз он любит слушать на виниле по вечерам, и как он играет на скрипке.

Решено.

Чтобы не нажить тяжелых осложнений от легкой инфекции, ни за что не давать Бергману. Будем вышибать клин клином. Сейчас распутаюсь с субботней встречей и найду себе самца.

Я накручиваю себя все сильнее, потому что если перестану злиться, то заскулю.

Хреновое это дело — влюбиться в тридцатник.

Это в двадцать ты пленяешься его накаченным торсом, модными джинсами и способностью кому-нибудь втащить, а как только объект страсти делает что-то не так, розовые очки спадают, и ты устремляешься к другому.

В тридцать влюбиться — это жопа.

К такому скорбному выводу я прихожу, пока натягиваю чулки и рисую лицо.

Приехавший за мной Герман прищуривается, подавая мне пальто:

— Решила идти ва-банк?

— О чем ты? — сварливо переспрашиваю я, придирчиво разглядывая себя в зеркало.

Несмотря на все решения в отношении Бергмана, я сегодня выгляжу на все сто.

Оттого что я не вижу в его глазах должного восторга, я раздражаюсь окончательно.

— Юбки длиннее не нашлось? — строго спрашивает Бергман. — Я видел, у тебя есть.

— Ну с твоей же стороны мне ничего не угрожает, — огрызаюсь я.

Герману это заявление не нравится, вижу по заигравшим желвакам.

А я сама не могу понять, зачем его провоцирую.

Я ведь изначально потащила Бергмана на этот отчетный концерт, чтобы мне было там не так тошно одной, и в большей степени в запале торга, пока мы делили, кто на какие сборища должен сопровождать.

А теперь я сижу рядом с ним и не могу расслабиться.

Напряжение такое сильное, что у меня сдают нервы. ПМС у меня скоро, что ли.

Думаю одно, говорю другое, делаю третье.

Еще вчера такого не было.

Внутри словно ощетинившийся колючками еж ворочается.