Сердце, сердце, не бейся так сильно! Вдруг он услышит!
– Ни одного, Лу! Ты вся дрожишь… Ну что ты!
Он отложил зонтик и осторожно взял в ладони мои пальцы. Так нежно, будто они были хрупкими, как крылышки бабочки.
– Расскажи мне про нее все, – тихо потребовала я.
– Маленькая ревнивица. – Он помолчал, раздумывая. – Я хочу, чтобы мы научились доверять друг другу. Я расскажу, но только для того, чтобы ты поняла: это моя работа.
Аид взял и вторую мою руку. Впервые я видела его так близко. Глаза в глаза. Какие у него тонкие черты лица, такие благородные, но одновременно мужественные.
Сразу ясно, что это не изнеженный мамочкин сынок. Какой он красивый… Зачем ты такой красивый, Аид?
– Возможно, тебя обрадует известие о том, что мой стажер меня терпеть не может.
– Правда?..
– Так сверкает иногда зелеными глазищами! Ей даже говорить ничего не нужно. И так понятно, что отправляет своего напарника в далекое пешее путешествие. Но я строг, я знаю… Иногда даже чересчур. Приходится… Студенты появляются на своей первой практике такие восторженные, наивные.
Еще совсем дети. И сразу же попадают в неприятности. Они не должны забывать, что наша служба смертельно опасна. Во время Перекрестка с Азорком…
Аид замолчал, задумался.
– Она очень устала. Ее первое серьезное дело. Я видел, что она на грани, хотя старается. А потом она упала, сильно поранилась и почти сдалась… А я…
– А ты?
– Наорал на нее! Видела бы ты ее глаза. Я словно ее ударил… Но иначе было нельзя. Если бы мы ходили туда-сюда – а из Азорка нелегко выбраться, – упустили бы время, каждая минута была на счету.
Лицо минейра Мелара потемнело.
– Я однажды допустил ошибку, когда сам был ее ровесником. Мы не успели. Я до сих пор вспоминаю лицо того паренька. Приди мы на несколько минут раньше, он бы остался жив. Иногда я вижу его во сне. Не хочу, чтобы моего стажера преследовали кошмары. Когда-нибудь она все равно опоздает… Но не сейчас. Не со мной…
Я прерывисто вздохнула, пытаясь не заплакать.
Душу будто вывернули наизнанку.
– Извини, я тебя расстроил. – Аид наклонился и мимолетно коснулся поцелуем тыльной стороны ладони. – Такой вот я мрачный тип.
А я… О мои руки, мои непослушные руки, что вы творите! Я дотронулась до его волос: на ощупь они оказались жесткими. Пропустила пряди между пальцами. Погладила по щеке. Вернее, лишь едва мазнула.
– Бедная она, бедная… – прошептала я.
– Ничего, больше она не собьет колени. Я купил ей костюм ищейки.
