Стажировка в Северной Академии

Что я делаю? А главное – зачем?

Отбросила записную книгу, за ней тетрадь и учебники, что лежали на краю стола. Забыть! И больше никогда не возвращаться к этому, вот моя задача на ближайшие пару лет. А там, возможно, все само сотрется из памяти и не останется ничего, что могло бы напоминать о прошлом.

Посмотрела на разлетевшиеся по полу записи, отвернулась. А потом, накинув пальто, вовсе вышла из комнаты. Не могу здесь находиться, душно.

Впрочем, я не нашла себе места и на улице. Солнце казалось слишком слепящим, а ветер, напротив, слишком сильным.

Бесконечный белый цвет заставлял злиться еще больше, но пойти в оранжерею, вход в которую показал Винс, я не решилась. Все же это владения ректора, а он вряд ли обрадуется, увидев меня здесь.

Так я и бродила бесцельно – мимо теплиц и стадиона, где даже в выходной день занимались студенты. Пока не столкнулась с доктором Аттэ. Он шел мне навстречу и тепло улыбался.

Я вымученно улыбнулась ему в ответ.

– Светлого дня, профессор, – его голос звучал тихо и уютно.

Мне не хотелось его разочаровывать, но и рассказывать о своем прошлом тоже больше не хотелось. Кажется, всю смелость я оставила там – в комнате на полу.

– Светлого дня, доктор, – отозвалась вежливо и хотела пройти дальше.

Пусть это оскорбит его, но так будет лучше, я не буду привязываться к нему, а он не будет привязываться ко мне. Потом никого из нас не будет ждать разочарование. Что же проще?

– Ну нет, я вас тут ищу, понимаете ли, а вы сбежать собрались? – он возмутился, заметив мой маневр.

– Я не... – начала было говорить, но он прервал меня."

"– Да полно вам обманывать старика, я же все прекрасно понимаю. Но! – старик поднял палец вверх. – От меня так просто не сбежать, идемте.

Пока я в растерянности смотрела на него, доктор проворно ухватил меня за локоть и потянул за собой, ворчливо кряхтя:

– Что за молодежь пошла, заставляют старика за ними бегать.

Допустим, бегать я его за собой не заставляла, но все равно смутилась, почувствовав себя виноватой.

Мы вернулись обратно, к учебному корпусу, а там он повел меня к себе в лазарет.

По пути каждый из нас хранил молчание, но как только мы остались одни, старик буквально насильно усадил меня на стул, а сам нахохлился рядом.

– А теперь рассказывай! – безапелляционно заявил он.

– О чем? – растерялась от его напора.

– Как о чем? Правду о той ерунде, что придумала Тиана. Ведь это она из мести распустила эти слухи, так?

Я не нашлась, что ответить. Только открыла и закрыла беззвучно рот.