Грёбаный цирк, мало похожий на свадьбу.
‒ Демьян, где твоя дочь?
‒ Машина за ней пришла сразу после нашего отъезда. ‒ Демьян достаёт телефон, набирает номер, но, вероятно, в эфире тишина. ‒ Не берёт. ‒ Снова неудачная попытка. И ещё, пока перед нами не появляется работник ЗАГСа, называя фамилию жениха и невесты.
Демьян перекидывается с ней парой слов, быстро объясняя момент задержки невесты.
‒ Договорился о переносе времени на двадцать минут. Пропустим следующую за нами пару. Зайдём после них.
‒ Демьян, что опять задумала твоя дочь? ‒ Мачеха спрашивает слишком громко, и большая часть присутствующих оборачивается, приготовившись к бесплатному представлению.
‒ Где она? ‒ шипит и впивается в руку Демьяна.
‒ Вера, не здесь, ‒ цедит сквозь зубы, ‒ прекрати. Задержаться она могла по любой причине, взять хотя бы пробки, ‒ в этот момент встречаюсь с отцом Котёнка взглядом, сразу вспоминая нашу с ней отговорку, предъявленную отцу. Это было так давно, а кажется, что вчера.
‒ Демьян, твоя дочь приедет? ‒ Евдокимов-старший присоединяется к мачехе, атакуя Строганова с другой стороны.
Есть ощущение, что этих двоих связывает куда больше, чем скорое родство: слишком откровенно Вера облизывает папашу Олега.
‒ Приедет. Я лишь исполнил последнюю прихоть: дорога в ЗАГС в одиночестве. Арина просила, не смог отказать. Кстати, ‒ резко оборачивается, ‒ ищет кого-то взглядом, ‒ Катя, заказом лимузина занималась ты. Позвони в агентство, узнай номер водителя. Арина могла оставить телефон дома за ненадобностью.
"
"Сестрицу передёргивает, а по лицу проносится откровенная паника. Чувствую себя наблюдателем со стороны, который к данным событиям не имеет никакого отношения. Катя набирает номер, с кем-то обсуждая заказанный автомобиль, а затем выдаёт неожиданное:
‒ Машина до сих пор ожидает перед домом. Арина не вышла…
‒ Как не вышла? Она должна была выдвинуться следом за нами.
‒ Твоя дочь точно сбежала, Демьян. Сбежала! Я говорила, что нельзя выпускать её из вида, но ты расслабился, повёлся на уговоры маленькой хитрой стервы! ‒ Крик Веры разносится по холлу, привлекает внимание и ставит в неловкое положение её мужа.
‒ Рот закрой! ‒ гаркает Строганов, жёстко обрывая жену. ‒ И не смей так отзываться о моей дочери.
И тут я солидарен, потому что пришибленная парочка ‒ мамаша и дочь, ‒ вызывают у меня лишь единственное желание ‒ убивать. Настолько раздражающих элементов мне в жизни ещё не попадалось.
Проходит больше часа в ожидании.
