Урбан: Вы не могли бы рассказать о событиях, произошедших на острове Стурхольмен тридцатого апреля?
Фредрика: Нет. (У свидетельницы раздраженный вид.)
Урбан: Нет? Хорошо, а почему?
Фредрика: Меня там не было.
Рогер: Но вы же в состоянии рассказать об истоках этих событий.
(Молчание.)
Урбан: Фредрика, отказываться от сотрудничества с нами в такой ситуации – нарушение закона.
(Молчание.)
Урбан: На самом деле нам уже все известно. Во всяком случае, нам так кажется.
Фредрика: Тогда зачем вам понадобилась я?
Урбан: Ну, видите ли, я сказал, что нам так кажется, а слово «кажется» неуместно в профессиональной деятельности полицейского.
Петер Рюд – наш общий коллега. Если существуют какие-то смягчающие обстоятельства, нам очень важно узнать о них. Прямо сейчас.
(У свидетельницы усталый вид.)
Рогер: В последние несколько недель на вас так много всего свалилось, мы знаем. Ваш муж арестован, и дочь…
Фредрика: Мы не женаты.
Рогер: Что-что?
Фредрика: Мы со Спенсером не женаты.
Урбан: Как бы там ни было, это дело оказалось очень трудным, и…
Фредрика: Вы просто спятили, черт подери.
Смягчающие обстоятельства – сколько вам их нужно? Джимми, его родной брат, погиб. Он мертв, вы понимаете?
(Пауза.)
Рогер: Мы знаем, что брат Петера погиб. Нам известно также, что Петер находился в опасной ситуации. Но подкрепление уже выехало, и ничто не указывало, что он выпустил ситуацию из-под контроля. Так почему же он выстрелил?
(Свидетельница плачет.)
Фредрика: Но ведь вам уже все известно?
Урбан: Не все, Фредрика, иначе мы не сидели бы здесь.
Фредрика: С чего вы хотите, чтобы я начала свой рассказ?
Урбан: С начала.
Фредрика: С того, как нашли Ребекку Тролле?
Урбан: Да, пожалуй.
(Молчание.)
Фредрика: Тогда я с этого и начну.
2Комиссар криминальной полиции Турбьерн Росс неподвижно стоял под деревьями на поляне. Прямая спина, на ногах резиновые сапоги с теплой подкладкой. Холодный весенний ветерок шелестел ветками, лучи солнца просачивались сквозь кроны. Скоро настанет пора спускать на воду катер.
Турбьерн оглядывал то жуткое зрелище, которое обнаружилось, когда вспороли два выкопанных собакой полиэтиленовых мешка. Это было час назад. А в мешках – верхняя и нижняя часть человеческого тела.
– Как долго это пролежало в земле? – спросил он судмедэксперта, вызванного на место находки.
– Прямо сейчас ответить невозможно. Но могу предположить, что около двух лет.
– Двух лет! – Турбьерн присвистнул.
– Росс, это только предположение.
